Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 235 – Ирина Котова

— Приснился, — отголосок вязкого сна холодком прошелся по затылку. — Но нянька мне точно не нужна. Иди спать, Миха.

Михей не обиделся. Они вообще уже давно не обижались на подколки друг друга. Глупо реагировать на них иначе чем дружным ржачем, на седьмом-то курсе.

— Да я уже и не хочу особо. Пошли покурим, — он протянул инляндцу еще одну папиросу. — Придешь в себя. А то ты пятнистый, как после взрыва огнесмолы.

Макс, направляясь за другом через холл в сторону балкона, невольно усмехнулся — вспомнил эксперимент, после которого он долго еще ходил с подживающими ожогами, без бровей, волос и ресниц и с дрожащими руками. Перестарался. Зато в него накрепко в буквальном смысле вплавилось правило — в лаборатории забыть о торопливости, строго выдерживать таймер и никогда не оставаться без защиты.

— Кот проснулся? Небось опять зубоскалил? — кошмары у Макса начались на пятом курсе, после плотных боевых практик с нежитью, и фон Съедентент не упускал возможность пройтись по нежной психике друга. Впрочем, это он делал вполне беззлобно.

Над ними опять заморгал светильник, теперь уже в холле.

— Да нет, он спит как убитый, — сообщил Севастьянов, оборачиваясь у двери балкона и с недоумением глядя на светильник, затем на Тротта. Моргнул, помотал головой. — О чем это я? Α… да… Ты же заседаешь в библиотеке и лаборатории, не видишь ничего. Ему не до смеха. Март вместо того, чтобы перед работой отсыпаться, по вечерам вокруг Вики на женском этаже вьется, как голубок-девственник, или занимается с ней боевкой на стадионе. А сам теперь за руку взять ее боится. Потом полночи работает, и спит по три часа в день. Что ни говори, дружище, а женщины делают нас больными.

— Меня сия участь миновала, — хохотнул Тротт, проходя вслед за другом на балкон. Его отпускало, и настроение поднималось. Опустился в холоднoе кресло, щелкнул пальцами, поджигая папиросу. — Они что, снова сошлись?

— А куда им деваться, — грубовато буркнул Михей, тоже прикуривая, — сам же все видел.

Он выпустил дым и вдруг несколько раз с отчаянной злостью долбанул кулаком по перилам. Старое железо задребезжало.

— Ты это оставь, братишка, — проницательно протянул Макс, затягиваясь. — Раз уж Вики после такого его к себе подпускает, значит там все серьезно. Нет, я бы сам от нее не отказался, но переходить дорогу Марту… Да мало ли девчонок в мире?

— Таких мало, — без иронии сказал Севастьянов.

Они замолчали. Михей выпустил дым, прислонился к перилам балкона. За кронами гигантских типанов, пахнущих весной и дождем, светило фонарями здание Университета. Откуда-то с нижних этажей слышна была чуть тянущая музыка патефона и женский смех.

Севастьянов перегнулся через перила, прислушался.

— Третий курс гуляет, — сообщил он, ухмыльнувшись и снова затягиваясь папироской, — заглянем, Макс? Тебе бы развеяться, да и мне мозги прочистить не помешает. Девочки там отзывчивые. Или, может, лучше в бордель какой залетим? Время ещё есть.

— Позже, — расслабленно и почти благодушно махнул рукой Тротт. — Садись, Миха, не мельтеши.

Михей опустился в кресло.

— Что тебе снится такого, кстати? Что ты орать начинаешь?

— Картинку не помню, — недовольно сказал Макс. Мышцы снова сжались, закаменели. — Помню ощущение, что лечу с огромной высоты и сейчас разобьюсь, вот и ору от страха.