Книга Королевская кровь. Книга 5, страница 246 – Ирина Котова

И удалился, раздраженно стуча подошвами ботинок.

Мне бы радоваться и благодарить Васю, но эта забота вызвала лишь глухое раздражение. Опять вмешательство в мою жизнь, опять манипулирование. Да и что там делать, во дворце? Месить снег в парке, выгуливая Бобби до состояния замерзшей собаки и чувствуя спиной взгляды охранников? Ныть Марту в трубку, чтобы он вывел погулять уже меня? Не получится выехать ни на ипподром, ни в торговый центр — снять стресс безудержными покупками, ни встретиться с Катей.

При мысли о Кате сердце заныло.

— С ней все хорошо, — сказал мне Мартин в нашу прошлую встречу, — она в монастыре на побережье, Марин. Вместе с детьми. Жива и здорова. Не переживай — за ней приглядывает Данилыч.

Боги, как хотелось увидеть ее, поболтать, обсудить все, что случилось, пообниматься, поплакать вместе, в конце концов. Но ее телефон не отвечал, и мне она не звонила. У Мартина я не стала просить ее номер — он не откажет добыть его, но не хватало еще, чтобы мне и с Мартом запретили встречаться.

Вместо этого накануне после в кои-то веки вовремя завершившегося рабочего дня я вышла из телепорта и направилась прямиком к Тандаджи. Крокодил в звании полковника сидел за заваленным папками столом и пил чай.

— Ваше высочество, — он встал, увидев меня, поклонился. — Рад видеть вас в добром здравии.

Его лицо выражало что угодно, только не радость.

— Полковник, — я остановилась у стола, не предложила ему садиться. — Мне совершенно необходимо поговорить и встретиться с герцогиней Симоновой. Дайте мне ее телефон. И я очень рассчитываю, что вы скажете ее величеству, что не видите причин препятствовать нашим встречам.

Он бесстрастно смотрел на меня — самодовольная рептилия, понимающая, что чирикающая у ее носа птичка ничего ему не сделает. Я, пожалуй, знала ответ, уже когда шла сюда. Не к нему мне нужно было обращаться.

«Но я никогда и ничего больше не попрошу у Василины».

«Правильно, упрись рогом — это так по-взрослому».

— Прошу прощения, моя госпожа, — ответил он ровно, — но я не могу этого сделать. Как и рекомендовать королеве допустить ваши встречи. Герцогиня определенно опасна. Ваша безопасность — основная задача и гвардии, и секретной службы, и если есть хоть малейший риск, я вынужден ограждать вас от него.

— Я настаиваю, — проговорила я сухо.

Глупая чирикающая птичка.

Он покачал головой — и я мгновенно вскипела, взмахнула рукой — полетели со стола папки, бумаги, посыпались карандаши и ручки. На краю каким-то чудом удержалась, не опрокинувшись, его кружка с чаем.

«Отыгрываешься на тех, кто не может тебе вмазать?»

— Вы можете разнести мой кабинет или все управление, — почти сочувственно — насколько рептилии вообще могут сочувствовать — произнес тидусс, — но без приказа ее величества я не могу дать вам эту информацию.

— Я знаю, — рявкнула я и швырнула об стену его кружку. Посмотрела на осколки, на стекающую янтарную жидкость и раздраженно влепила ладонями по столу.

В глазах крокодила наконец-то мелькнула эмоция. Кажется, он жаждал меня выпороть. Но вместо этого он открыл ящик стола, достал пачку салфеток, отошел к стене и начал вытирать ее.

Боги, какой стыд.

Я сбежала оттуда, хлопнув дверью, струсив даже извиниться. На ужин не пошла — не хотела встречаться с Васей. Ангелина все еще пропадала в Йеллоувине, и тревожно было от ее отсутствия — хотя я злилась и на нее тоже. Заглянула было к Алинке, но ребенок, успешно сдававший экзамены и почерневший уже от учебы не заслуживал нервных излияний старшей сестры. И я просто посидела рядом, молча, наблюдая, как бормочет она что-то непонятное над учебниками.