Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 288 – Ирина Котова

— Неожиданно, — сказал он.

— Ты что, — резко спросил Макс, — Данилыч? Собираешься участвовать?

— Естественно, — молодым голосом подтвердил Свидерский, и глаза его хищно блеснули. На миг он снова стал похож на себя самого. Тротт сжал зубы, сузил глаза, оглядел друга.

— Ты опустошен больше чем наполовину. Чем ты думаешь?

— Саню поразил маразм, — хохотнул Мартин, но все так мрачно посмотрели на него, что он тоже посерьезнел.

— Я не могу вас просить помогать нашим оперативникам, — Алекс сложил морщинистые руки на стол, — вы с Максом вообще граждане других государств. Но посетить встречу все-таки попрошу, может, подскажете что дельное, когда будем тактику прорабатывать.

— Я с тобой, — хмуро оповестила друга Виктория. — С тобой, — повторила она зло, увидев, что Свидерский собрался возражать. И если кто-то в этом кабинете, — магиня выразительно глянула на Мартина, — еще раз заявит, что я не боевой маг…

Тот покачал головой и улыбнулся. Но глаза были тревожными.

— Это самоубийство, Алекс, — еще раз, очень жестко, попытался воззвать к разуму друга Тротт. — Еще раз спрошу — чем ты думаешь? Если твоя затея с ловушкой имела хоть какие-то логические обоснования — мы будем готовы и на своей территории, то там может случиться что угодно.

— Макс. Там в управлении половина магсостава — мои выпускники, — не менее жестко ответил Свидерский. — Я себе не прощу, если не помогу. Они, в отличие от меня, с демонами не встречались. А ты можешь отказаться, я тебя не упрекну.

Макс нервно дернул ртом, встал, подошел к окну.

— Трусишь, Малыш? — ехидно поддел его Март.

— У меня просто мозгов больше, чем у вас троих вместе взятых, — огрызнулся Тротт, не оборачиваясь. Он из окна башни смотрел вниз, на зеленое поле стадиона. Там, у скамейки, стояла Богуславская — мелкая, со своими косичками, в спортивной куртке. А на нее наступали четыре девицы, с явно агрессивными намерениями. Одна что-то выкрикнула, протянула руку, сорвала с лица первокурсницы очки, бросила на землю, потопталась ногами.

— Данилыч, ты знаешь, что я твою задницу всегда прикрою… — сказал за его спиной Мартин.

Девчонку толкнули, она с размаху ударилась спиной об скамейку, поднялась, сжала кулачки. Мартин что-то язвительно говорил, обращаясь к нему… что?…

— …ты все-таки обратишь к нам свое великолепное холеное лицо, Малыш? Снизойди до нас, о носитель величайших мозгов тысячелетия…

— Мне надо подумать, — сказал Тротт невпопад, открывая окно ректорской башни. И прыгнул вниз.

Алинка зажмурилась от боли в спине, заморгала, пытаясь сфокусировать зрение. Скамейка была добротная, и углы были ощутимыми. От эмоций и злости перехватывало дыхание, девки напротив обидно переговаривались, но странное дело — одновременно в голове шел совершенно холодный мыслительный процесс, итогом которого стали два вывода: «Вот поэтому обязательно нужно заниматься и попросить дома нанять личного тренера» и «С ними не договоришься, поэтому бей.»

И она кинулась вперед, едва видя бывшую Матвея, врезалась в нее, пнула ногой — девица зашипела — успела стукнуть кулаком куда-то в плечо — та просто не ожидала такой прыти — и снова отлетела назад. Засопела, вскочила и повторно бросилась драться. Получила скользящий удар по носу, всхлипнула, опять упрямо бросилась на обидчицу, неумело махая руками. И все молча, сосредоточенно даже.