Книга Дочь солнца, сын луны, страница 19 – Ната Лакомка

— Я поливала под корень, генерал, – сказала она негромко. – Вашим цветам ничего не грозит.

— А я не про цветы говорю, – грубо прервал её Дэшэн. – сама сгореть не боишься? Даже голову не прикрыла! С чего решила заботиться о цветах?

— Старшая госпожа поручила мне полить сад. Зачем вы вылили воду? Теперь мне придётся принести новое ведро.

— Не придётся! – отрезал он. – Иди в свою комнату и жди, пока я вспомню о тебе. Возле сада я тебя чтобы больше не видел, – и добавил уже тише, глядя в сторону: – Где, кстати, твоя комната?

— В третьем дворе, – ответила она спокойно. – Там, где прежде был амбар.

Некоторое время генерал смотрел на неё, а потом схватил за руку и просто-напросто отволок в свой дом. Затолкнул внутрь, закрыл дверь и направился к мачехе.

Та сидела в беседке возле пруда, спасаясь от жары, и слушала, как молоденькая служанка играла на пипе, перебирая струны.

При появлении генерала служанка тут же перестала играть. Госпожа Фанг увидела пасынка и улыбнулась, но глаза остались холодными.

Он знал эту улыбку, и знал этот взгляд.

Насмотрелся за годы детства и юности.

Только тогда он ничего не мог сделать и сказать. А теперь он – глава дома Лэй. И эта жаба будет подчиняться ему. И делать так, как он сказал.

— Моя жена больше не будет поливать сад, – сказал генерал мачехе. – Никогда больше не заставляй мою жену делать работу слуг, – помолчал и добавил без всякого уважения: – Матушка.

— Не понимаю, почему я не могу этого сделать, – ответила она невозмутимо и жестом отослала рабыню с пипой. – Я распоряжаюсь всеми хозяйственными работами в доме. Тебе следует думать об императорской службе, а не о домашних делах. Зачем, кстати, её величество вдовствующая императрица вызвала тебя? Ты долго пробудешь в столице?

— Столько, сколько понадобится, – сказал он. – Тебя это не касается. Занимайся хозяйством, хоть сама поливай сад, но запомни, что моя жена не должна выполнять никакую грязную и тяжёлую работу. И жить она должна в восточном доме, а не в амбаре на третьем дворе.

— Ты воевал с дикарями, и сам превратился в дикаря, – неодобрительно заявила мачеха. – Тебе надо вспомнить, что ты – генерал армии императора, а не разбойник с торговой дороги.

— А тебе надо вспомнить, что теперь глава дома Лэй – я, – отрезал генерал. – И то, что я дал отцу слово заботиться о тебе, не значит, что ты осталась хозяйкой в этом доме. Теперь хозяйка – моя жена. Станешь обижать её, сама переедешь в южный дом. А Сяо Ян я поселю в северном, в твоих нынешних покоях.

— Вот как ты заговорил… – мачеха продолжала улыбаться, но глаза из холодных стали злыми. – Не успел прах твоего отца остыть, как ты уже издеваешься надо мной…

— Не притворяйся, – перебил её генерал. – Ты издевалась над моей матерью много лет. Тогда я не мог защитить мать, но сейчас могу защитить жену. Поэтому сразу предупреждаю – не зли меня. Иначе узнаешь, каким может быть дикарь с восточной границы.

— Я думала, ты вылечился от болезни по имени Сяо Ян, – мачеха прищурила глаза, глядя на пасынка. – Но вижу, что болен ещё сильнее. Защищаешь её, а она не защищала тебя сегодня, передо мной, перед женой твоего брата и перед твоими наложницами. Жаловалась, как ты жестоко обращался с ней, что рвал на ней одежду, как дикое животное. Она не только опозорила семью перед всем городом, перед всей страной, она ещё и тебя позорит в твоём собственном доме. Послушал бы ты, что она наговорила сегодня за завтраком!