Книга Моя драгоценная гнома, страница 150 – Ната Лакомка

Госпожа Дафна склонила голову к плечу, совсем по-птичьи, зато дядюшка заюлил:

— Дагобер сказал, фея Сирени — ваша покровительница…

— Какая разница?! Я — не самая красивая! Я… я обыкновенная! — чуть не заплакав от злости, я повернулась к Дагоберу. — Не совершай глупостей. Это… это опасно…

— Оставьте нас, — сказал Дагобер, не сводя с меня глаз. — Мне надо поговорить с ней наедине.

— Конечно-конечно! — герцог замахал рукой, призывая госпожу Дафну выйти. — Поговорите, молодые люди, вам есть что обсудить. Дагоберчик, надеюсь, ты найдешь нужные слова. Идемте же, госпожа!

— Я никуда не пойду, — сказала вдруг эльфийка. — Они собираются пожениться — их нельзя оставлять наедине. Если девушка хочет предстать перед Советом Высоких, она не может запятнать репутацию. Я останусь, как свидетель.

— Бросьте, — Дагобер поморщился, — мы с Эрмель столько времени путешествовали вдвоем. Зачем соблюдать ненужные формальности?

— Тем более, — строго сказала госпожа Дафна. — Или вы хотите, чтобы Совет усомнился в порядочности вашей невесты?

— Оставайтесь! — бросил принц через плечо. — Только не вмешивайтесь.

Госпожа Дафна приложила палец к губам, показывая, что ее присутствия никто не заметит. Герцог покрутил головой и вышел на цыпочках, перед этим шепотом призвав Дагобера действовать решительнее и бороться за любовь.

Присутствие эльфийки смущало, и я мигом растеряла все красноречие, которое думала пустить в ход.

— Сядь, пожалуйста, — попросил Дагобер, и я послушно опустилась в кресло. — Да, ты не самая красивая, — сказал он, и я тут же кивнула. — Но это совсем не важно. Для меня ты лучше всех красавиц мира. Ты не самая красивая, но самая прекрасная. Наконец-то я понял, в чем смысл дара феи.

— В чем смысл? — я не удержалась и шмыгнула носом, потому что ужасно хотелось заплакать. — Тебя не понять. То самая, то не самая. Ты головой, что ли, ударился?

— Фея наказала меня за спесь и высокомерие, — сказал Дагобер и смахнул с моей щеки слезинку, которую я не смогла удержать. — Я понял это не сразу, настоящий глупец. Но теперь все ясно. Ясно, как день. Самая прекрасная — это не эльфийка с точеными чертами, это та, которая любима. Вспомни Чокнутого Эльфа?

Я уставилась на него, позабыв о присутствии эльфийки.

— Вот что имела в виду фея, — Дагобер взял меня за руку, поглаживая ладонь, — на самом деле, это — дар, а не наказание. И если ты хочешь, чтобы я выжил, а не умер на следующий день после свадьбы, ты ответишь мне «да».

После таких слов я сама чуть не умерла безвременной смертью. В груди сдавило, и голова закружилась, и я уже открыла рот, чтобы ответить «да!», как вдруг голос госпожи Дафны развеял сказку:

— Ничего не отвечайте, маленькая гнома!

Мы с принцем посмотрели на нее одновременно, и Дагобер дернул плечом:

— Кажется, я попросил вас молчать, госпожа.

— А мне кажется, — сказала эльфийка бесстрашно, — надо не на жалость бить, дрогой принц, а спросить, любит ли вас девушка. По-моему, вы воспринимаете ее чувства, как должное. Вы ее шантажируете, что ли, принуждая выйти за вас?

Дагобер растерялся, и его раздражение вмешательством госпожи Дафны медленно таяло. Он снова перевел взгляд на меня, и я увидела, как зеленые глаза виновато заблестели.

— То, что я сейчас услышала… это невероятно! — госпожа Дафна встала с табуреточки и подошла к нам. — Но вы ведете себя, как мальчишка, ваше высочество. Эгоистично с вашей стороны, — она строго нахмурила брови, будто имела право высказывать недовольство наследному принцу. — А вы, маленькая гнома, — тут она обратилась ко мне, — вы слишком себя не цените. Признаться, я опасалась, что принц забавляется, и что вы — очередная игрушка в жизни его высочества…