Книга Моя драгоценная гнома, страница 147 – Ната Лакомка

Я смогла только кивнуть, и когда он ушел, долго сидела в кресле, вжавшись в спинку.

Невозможно поверить… Но все это было — это же не сон? Дагобер сказал — невеста. Невеста!.. Я — невеста наследного принца?! Гнома Эрмель — будущая королева?! Да это звучало даже… по-дурацки… А может, принц просто пошутил?

От этой мысли меня словно бросили в ледяную реку — даже сердце захолодило. Пошутил? Но зачем нужно было шутить так глупо?.. Он сказал, что полюбил меня… Ой! А что он говорил Белладонне, когда просил ее раздеться?!.

Неизвестно, до чего бы я еще додумалась, но в это время в комнату вошла госпожа Дафна. Я вскочила, кланяясь, но она остановила меня жестом и сама поклонилась мне — очень красиво, изящно, с таким чувством собственного достоинства, как могла бы поклониться королева. Я опять покраснела и совершенно не знала, что сказать.

— Его высочество поручил мне присмотреть за вами, — сказала госпожа Дафна, сложив на животе руки и рассматривая меня с изумлением. — Не знаю, не ослышалась ли я, но милорд герцог назвал вас невестой принца Дагобера, а его высочество не возразил.

Отмалчиваться не было смысла, и я промямлила, избегая смотреть эльфийке в глаза:

— Поверьте, мне он сказал то же самое, но я думаю, что его высочество шутит…

— Странная шутка, — госпожа Дафна сдержанно улыбнулась. — Неужели, такое бывает на свете, и прекрасный принц полюбил гномика Эрма, как в сказке? Но давайте присядем, если вы не хотите спать?

Я отрицательно мотнула головой, и забралась в кресло, подтянув колени к груди. Спать в такую ночь?! Это каким же бесчувственным булыжником надо быть?!

Эльфийка пододвинула табуреточку и села напротив меня. Вид у нее был — точь-в-точь, как у моего папаши, когда он собирался прочитать очередную нотацию, как должен вести себя добропорядочный гном, если я умудрялась подраться трижды за день или была уличена в поедании булочек с селезенкой в компании Пыша.

— Все же, я не думаю, что это шутка или всеобщее помешательство, — начала эльфийка доверительно. — И несмотря на то, что дядюшка принца сейчас всем и каждому рассказывает, что его высочество влюблен без памяти, и что королевская семья в восторге, оттого что принц нашел себе достойную пару… я должна вас огорчить.

Теперь я смотрела на нее, не отрываясь. И мне было еще страшнее, чем когда я пряталась за шторкой в комнате, где ведьмы Белладонна и Розалинда делили жениха.

— Брак наследного принца — это не так просто, — говорила госпожа Дафна мягко и проникновенно. — Вы, возможно, не знаете, но кандидатуру невесты должен утвердить Совет Высоких. Представители древнейших эльфийских кланов собираются и решают — достойна ли избранница стать принцессой, а потом и королевой. Избранница должна доказать, что обладает тремя дарами…

В моей памяти что-то тенькнуло — Дагобер говорил о трех дарах, когда торговался с ведьмами за нас с папашей…

— Она должна обладать даром красоты, даром чистоты и даром магии, — певучая речь госпожи Дафны вливалась в уши, опутывала и тянула на дно, как глубоководное течение. — Бывало, что девушек признавали неподходящими по тем или иным причинам, и принцам запрещалось брать их в жены. Вам кажется это жестоким? Но свадьба принца — дело политическое, а никак не личное.

— Вы считаете, я не подойду? — спросила я жалобно, хотя только что убеждала себя, что не стоит пытаться поймать звезду ладонью, и что шутка Дагобера — самая глупая шутка на всем свете.