Книга (Не) люби меня, страница 46 – Ната Лакомка

Король взял флейту и заиграл. Каким-то невероятным образом он сразу подхватил мою мелодию и повел ее, ни разу не ошибившись, будто читал по нотам. Я перебирала струны лютни, заворожено слушая его игру. Пусть этот человек пугал меня, пусть он действовал, как безумец, но его музыкальный дар был от небес. Музыка звучала, обволакивала, заставляла сердце трепетать, и вовсе не от страха. Это возмутило меня – и я рассердилась на собственную слабость, и на назойливость короля, и на слепоту Жозефа. Я прижала струны ладонью, заставив лютню замолчать.

— Ди! – воскликнул Жозеф. – Зачем ты перестала играть! Ваше величество! Такой прекрасный дуэт!..

— Ты прав, – ответил король, откладывая флейту, – я получил подлинное наслаждение. Признаюсь, мне ничего так не хочется, как играть дуэтом с твоей женой каждый вечер.

Кровь бросилась мне в лицо от этого намека, но я промолчала, потому что Жозеф ничего не понял и заявил с восторгом:

— Ваше величество может рассчитывать на мою жену каждый вечер, для нас это честь!

Если бы я могла, я бы сейчас ущипнула Жозефа, чтобы он пришел в себя и прозрел, наконец. Но я сидела на скамейке с лютней, а мой муж стоял возле короля, готовый исполнить любой его приказ. Я закусила губу, глядя в пол, потому что боялась поднять глаза и встретить взгляд, который чувствовала всей кожей.

— Хотите сыграть в шахматы, сир? – предложил Жозеф.

Король согласился, и мой муж передвинул шахматный столик, а потом принес шкатулку с шахматными фигурами.

Игра началась, и мужчины совсем забыли обо мне, увлеченные войной – пусть и ненастоящей. Только тогда я осмелилась посмотреть на них. Они одинаково склонились над доской, и я видела их профили на фоне огня в камине.

Лицо короля, казалось, состояло только из резких линий и углов – горбоносый нос, упрямо выдающийся подбородок… Он напоминал сапсана, готового броситься на жертву. А в лице моего мужа не было суровой четкости. Его профиль словно был нарисован кистью по холсту – плавные линии, нежные полутона, даже волосы его лежали мягкими волнами, а не закручивались жесткими завитками, как у короля. Жозеф походил… походил на щегла – был такой же яркий, подвижный, звонкий. Даже голову к плечу он склонял по-птичьи – легким, игривым движением.

Я не раз играла в шахматы с Жозефом и сразу поняла, что он поддается. Король выиграл первую партию, и вторую, и третью…

Начинать четвертую он отказался и потянулся, разминая мышцы.

— Уже поздно, сир, – тут же подхватил мой муж, – вы желаете переночевать у нас? Я прикажу, чтобы приготовили комнату.

— Да, не хотелось бы возвращаться ночью, – милостиво согласился король. – Уже и в самом деле поздно.

— Это огромная честь, – Жозеф торопливо поднялся, предлагая его величеству следовать за ним. – Мы устроим вас наилучшим образом. Я лично обо всем позабочусь. Ди, милая, отправляйся спать, – он поцеловал меня в лоб, и мужчины удалились.

Я испытала невероятное облегчение от того, что мой муж сам занялся устройством короля на ночлег, и убежала в спальню, надеясь, что завтра неприятный гость уедет, и моя жизнь пойдет по-прежнему.

Зачем король приехал? Его фраза о дуэте по вечерам походила на издевку, но больше он не сказал ничего, что можно было бы истолковать двусмысленно.

Может, он осознал ошибку и приехал извиниться? Но извиниться не может – королевская гордость не позволяет, поэтому просто показал, что происшествие на охоте забыто?