Книга Жемчужина дракона, страница 51 – Ната Лакомка

— Благодарю, господин, — ответила я тепло. — Вы так добры…

— Это вы добры, раз решили развлечь калеку чтением и музыкой.

Обмен любезностями прервала Милдрют, тащившая сундук.

Она была вся красная — не знаю, то ли от того, что несла тяжесть, то ли негодования.

— Спасибо за помощь, — сказала я, не делая даже попытки ей помочь. — Поставьте сундук вот к этой стене, пожалуйста.

— Я помогу, — Тристан наклонился, нашарил ручки сундука и поднял его, как будто он весил, как котенок. — Куда поставить?

— Идите прямо, — Милдрют заботливо обхватила Тристана за пояс, подсказывая, куда идти.

Наконец, сундук занял свое место, и господин со служанкой удалились, оставив меня одну.

Первым делом я осмотрела комнату более внимательно. В деревянном ящике я нашла матрас и подушки, а сверху лежали тонкие льняные простыни, переложенные мешочками с душистыми травами. Зато в столе не было никаких ящиков, и мне пришлось оставить свои вещи в сундуке. Комната была пыльной, видимо, в ней давно никто не жил, и я сразу взялась за дело.

Милдрют, выглянувшая в коридор из комнаты лорда Тристана, только покривилась, когда увидела, что я ношу из кухни воду, но мешать мне не стала.

Я вымыла оконные стекла и вытерла их насухо, чтобы не было разводов. Я смахнула пыль со стола и ящика, обмела стены и вымыла пол. Потом я вынесла подушки, матрас и постельное белье на солнце и выбила их о металлический столб качелей. Когда я вернулась, нагруженная до макушки, то увидела, что в комнате появилось кое-что новое — на столе была разостлана соломенная циновка, а на ней стоял изящный фарфоровый чайник — зеленый, с изогнутым носиком, и четыре плоских чашки — тоже зеленые, без ручек, с тонким рисунком в виде танцующих журавлей.

Мне не приходилось раньше видеть такую изысканную и одновременно простую посуду, и я, позабыв обо всем, долго вертела в руках чашки, любуясь идеальной плавностью линий и рисунком.

— Маленький подарок по случаю новоселья, — услышала я голос лорда Тристана.

Он вошел незаметно, и от неожиданности я едва не уронила фарфоровую чашку. Милдрют стояла за его спиной, пренебрежительно оглядывая комнату.

— Слишком дорогой подарок, — ответила я, осторожно поставив чашку на столик. — С вашего разрешения, я буду пользоваться им, пока живу здесь. Но не заберу с собой, когда… вы решите меня отпустить.

— Мне хотелось порадовать вас чем-нибудь, — сказал он, намеренно или без умысла не ответив на мои последние слова. — Эту посуду мой отец привез, когда путешествовал по восточным границам. Она красивая, я помню.

— Очень красивая, — подтвердила я. — Для меня будет честью пользоваться ею.

— Вот и славно, — он чуть поклонился в мою сторону. — Мы с Милдрют хотим прогуляться, жара спала. Хотите составить компанию? Нам будет очень приятно.

Бедняга, если бы он видел лицо Милдрют, то не произнес бы таких слов. Но она промолчала, а я решила не подливать масла в огонь хотя бы в первый вечер, и ответила:

— Очень признательна за приглашение, но сегодня мне бы хотелось побыть одной, если вы не возражаете.

— Не возражаю, — лорд Тристан положил руку Милдрют на плечо. — Мы тут живем размеренно, рано ложимся, рано встаем, но никто не станет заставлять вас жить так же. Вы вольны делать что угодно, леди Изабелла. Здесь вы дорогая гостья, а не пленница.