Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 76 – Ната Лакомка

— Мои гости такого не ожидали, – сказал Ален, посмеиваясь. – Посмотри, как вытянулось лицо у господина судьи.

— Да, плебейские развлечения некоторым господам явно не по вкусу, – отозвалась Бланш ему в тон. – Но согласитесь, без этого нам грозила бы смертельная скука. А так… всё похоже на настоящую свадьбу.

— Это самая настоящая свадьба, – сказал граф.

— Неужели настоящая?

— Почти. Будешь танцевать со мной?

Бланш смущенно засмеялась и согласилась. В центр зала Ален вёл жену, как во сне. Эта её улыбка – она согревала, покоряла, заставляла терять разум. И хотя он знал, что их супружество было фарсом, сейчас он сам готов был поверить, что всё по-настоящему.

Танцоры подались в стороны, давая место главным виновникам торжества, и хотя две другие пары молодоженов тоже вышли танцевать, всё внимание было приковано к графу и графине.

— Господи, как глазеют, – сказала Бланш, когда они прошли три круга.

— Я их прекрасно понимаю, – сказал Ален, – смотреть на тебя – одно удовольствие.

— Вы необыкновенно учтивы сегодня, – отшутилась она, но он видел, что ей приятны комплименты.

Он никогда раньше не танцевал с простолюдинами, но не оплошал и справился с их диковатыми танцами. Бланш незаметно помогала ему, и порой получалось так, что вела она. Но, делая это, она умудрялась представлять всё так, словно он был главным в их паре. А танцевала она – одно загляденье. И все остальные дамы казались по сравнению с ней тяжеловесными, как подкованные кобылицы.

— Наверное, танцевать со мной – наказание для такой легконогой козочки, как ты, – шепнул Ален ей на ухо.

Бланш ответила ему лукавым затуманенным взглядом, и Ален не осмелился больше заговаривать с ней, побоявшись нарушить её счастье. А она была сейчас счастлива, он очень хотел в это верить.

Пухлые гугельхупфы были сняты с девичьих голов и разрезаны вдоль на длинные ломти. Тесто казалось пестрым из-за обилия в нем изюма и орехов. Ломтики раздавали всем гостям, одарив сначала молодоженов. Помощник прево съел свою порцию и потребовал добавки, громогласно объявляя, что это не пирог, а божественная амброзия.

— Попробуйте, это очень вкусно, – предложила Бланш, и Ален послушно прожевал кусочек.

Выпечка и вправду была удивительной – легкой, губчатой, мягкой, как пуховая подушка. Ален заметил, что многие девушки оставляли свои куски нетронутыми и заворачивали их в платки.

— Что они делают? – удивился граф. – Уже наелись? Но праздник только начался.

— Это не для еды, это для гадания, – пояснила Бланш. – Вам не известно, милорд, но у простых людей существует такая примета – если девушка положит под подушку кусок свадебного пирога, не откусив от него, то ночью ей приснится тот, кто предназначен небесами, – и она аккуратно положила в рот кусочек гугельхупфа.

— То есть сама ты решила не гадать, – заметил граф, обрадовавшись неизвестно чему. Он вдруг вспомнил, что с самого начала торжества не видел поблизости сэра Оуэна. Так и подмывало спросить у Бланш – приглашала ли она парня, но Ален удержался от расспросов. Потому что мог услышать совсем не то, что хотелось.

— Если бы я собралась это сделать, люди вряд ли меня поняли, – улыбнулась ему Бланш. – Для всех я – бедная девушка из сказки, которой посчастливилось очаровать богатого принца. Было бы странным, вздумай я в самый счастливый момент своей жизни гадать на избранника. Нас сразу бы рассекретили, не находите?