Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 184 – Ната Лакомка

Я закрыла лицо ладонями, слушая эти страшные откровения. Ален был невиновен во всем, но страдал и мучился, думая, что леди Эстер погибла из-за него. А Реджи в это время планировал, как забрать чужие богатства. В том, что он не имел никакого права на эти земли – я не сомневалась. Он не в первый раз лгал, лжет и сейчас.

— Тогда я сделал ставку на Милисент – и всё бы получилось, Бланш! Но эта идиотка услышала про проклятье жен Конморов и взбрыкнула, отказавшись выходить замуж.

— И ты подал ей идею женить графа на ком-то другом…

— Да, надеялся, что Милли хватит двух месяцев, чтобы одуматься, но она настояла, чтобы брак продлился год. Если бы не ее глупость, все получилось бы. И у тебя был бы богатый и любящий муж.

— У меня?

— У тебя, – сказал он твердо. – Я хотел жениться на тебе тайно, Бланш, чтобы ты верила в мою любовь. А когда стал бы хозяином Конмора, то представил тебя всем, как хозяйку. Можешь представить, что я пережил, когда узнал, что Конмор выбрал тебя? Но потом поразмыслил и решил, что все складывается мне на руку. Это было знаком небес, что я на правильном пути. Ведь я всегда хотел только тебя, а Милисент, Эстер… Они красивые куклы без души и сердца. Таких пользуют, но не любят.

— Не верю, что слышу это, – медленно сказала я. – Ты хотел жениться на леди Милисент, уже будучи женатым на мне, а потом избавиться от неё, чтобы жить со мной?

— Отличный был план. Жаль только, что Милли всё испортила.

— Испортила?! На что ты рассчитывал, Реджи, затевая эту безумную подлость? Что я соглашусь подыграть тебе?

— Ты уже играешь по моим правилам, – сказал он ласково и потянулся потрепать меня по щеке, но я резко отвернулась. – Жена всегда и во всём должна поддерживать своего мужа.

— Мой муж – Ален де Конмор.

— Скоро он будет бывшим мужем, – спокойно пообещал Реджи.

— Ты сошел с ума. Одумайся, пока не поздно.

— Одуматься?! Когда я в шаге от цели?

В дверь постучали, и Реджи поспешил отойти от меня.

Вошла Барбетта с грелками, а следом за ней служанка внесла поднос с чашками и заварником.

— Миледи нужно уложить в постель, – сказала Барбетта.

— Оставь грелки – и уходите обе, – велел Реджинальд. – Миледи уже пришла в себя и в помощи не нуждается.

Служанки посмотрели на меня, но я сидела в кресле, ссутулившись, и лишь кивнула.

— Мы будем поблизости, – объявила Барбетта. – Если миледи что-то понадобится…

— Если миледи соизволит, то позовет вас, – Реджинальд выпроводил обеих служанок и запер двери.

— Тупые слуги, – прошипел он. – Но теперь нам никто не помешает.

— Они не тупые, – сказала я. – Они тоже люди, равные тебе и мне. Зачем ты так поступил с Пепе? За убийство благородной дамы его казнят.

— Всегда приходится кем-то жертвовать, – сказал Реджи мягко. – Он мог помешать – всё время крутился возле тебя. Не думай о нём, Бланш. Лучше думай о себе. И о Гюнебрет. И просто делай, как говорю.

Гюнебрет… Я не имею права рисковать ее жизнью. Ален не простит, если с ней что-то случится.

— Да, – прошептала я, – я всё сделаю, как ты хочешь… Только не причиняй ей зла…

— Вот это уже моя Бланш, – сказал Реджи с удовлетворением. – Добросердечная, которая заботится о других больше, чем о себе.

Он начал расстегивать верхние пуговицы камзола, и я испуганно вжалась в спинку кресла – нет, лучше умереть, чем…