Книга Господин метелей, страница 152 – Ната Лакомка

— Да-да, теперь подарите мне колдовскую розу, сыграйте на клавесине и признайтесь в любви, — съязвила она, но глаз не открыла и продолжала стоять, запрокинув лицо.

— Только если ты сама захочешь.

Ее губы дрогнули, и это можно было принять, как приглашение, но Близар не поцеловал, хотя удержаться стоило огромных усилий.

— Только если захочешь сама, — сказал он и медленно разжал руки, отпуская ее во второй раз.

Бефана открыла глаза, и в ее взгляде он прочитал удивление, и обиду. На кого она обижалась? На него? За то, что не поцеловал?

— Ты думала, что между нами что-то большее, — сказал Близар, возвращаясь к креслу, — и ты права. Что-то большее, чем просто страсть. Но я могу говорить с уверенностью только за себя. Решать за тебя я не вправе, да и не хочу тебя ни к чему принуждать. Поэтому давай просто ждать весну. И ни о чем не думать, и не загадывать о завтрашнем дне.

— А что будет весной? — спросила она тихонько.

— Когда доживем до весны, тогда и узнаем, — усмехнулся Близар. — Послушай, а давай напокупаем фейерверков и устроим в городе огненную потеху на полночи?

Бефана покачала головой, и уголки губ дрогнули в слабой улыбке:

— Полночи — это слишком. Людям надо и спать, к вашему сведению. Но устроить фейерверки вечером — это отличная идея. Уверена, что всем понравится. Я сама ни разу не видела фейерверков. Наверное, очень красиво.

— Вот и решили. Я скажу Сияваршану, чтобы обо всем позаботился, и вечером устроим в столице переполох. И раскидаем в толпу целый сундук пряников.

— Я плохо на вас влияю, — сказала она, глядя исподлобья, но уже не мрачно и не настороженно. И не грустно. — Зачем так сорить деньгами? Мы не сказали вам, но приезжал посыльный от короля… за серебром…

— Этим занимаются духи, — отмахнулся Близар. — Будь спокойна, его величество без денег не останется. А мы лучше позабудем обо всем и от души повеселимся.

Вот теперь она была удивлена, и испуганна. Он осознал это так же явно, как свои собственные чувства. Но пусть лучше будет испуганной, чем мертвой.

Перемены, что произошли в замке Близара, и пугали, и радовали меня. Казалось, колдун решил веселиться и сорить деньгами, как обыкновенный человек, позабыв обо всех мрачных тайнах замка. Были фейерверк, и раздача рождественских подарков, и театр теней, где роли исполняли снежные духи, спрятавшись за натянутой белой тканью. На этот раз колдун оказался верен слову и, действительно, расшвырял сундук пряников. А еще он раздавал пригоршнями конфеты и прочие сладости, во время огненной потехи бегал по площади с мальчишками, размахивая бенгальскими свечами, и катал в санях детвору, заставляя Сияваршана и Велюто взмывать в воздух и делать круг над крышами домов.

Все это было интересно и забавно, но я не могла отдаваться веселью так же беспечно. Казалось, Близар совершенно позабыл, что долгое пребывание вне замка отразится на здоровье, и мне приходилось напоминать ему, что вот сейчас надо вернуться, потому что прошло достаточно много времени, а сегодня лучше выехать в город позже, если он хочет посетить театральное представление.

Не скрою, я опасалась новых домогательств, но колдун больше не целовал меня, хотя взгляды, прикосновения, слова — никуда не делись. Он не говорил о любви, но я чувствовала ее. Чувствовала так же, как если бы испытывала ее сама… Хотя, разве может полюбить человек, который столько лет только и жил, что развратом, обидами и равнодушием?