Книга Невеста по ошибке, страница 71 – Надежда Соколова

Луиза несколько раз рассказывала ему о том кошмаре, что происходил в ее бывшем мире. Смотреть на двигавшиеся тела, пусть и на картинках, в подробностях рассматривать строение их тел, позы… Нет, дикость, полная дикость. Тексты и рисунки еще ладно. Они были и в этом мире. Но вот так подглядывать за чужими постельными играми… И ведь это у них не осуждалось!

— Буду, — хмыкнула Луиза. — Я — девушка непорочная, скромная. Ты меня совратил.

— Это кто кого совратил, — праведно возмутился Генрих. — Я о многих вещах даже не догадывался! Мне теперь страшно оставлять Валери в одной с тобой комнате!

— Твоя Валери скоро сама всему мужа учить будет, нашел ангела, — проворчала Луиза.

Генрих предпочел пропустить фразу мимо ушей. Им и без сестры поводов для ругани хватало.

— Завтра у нас семейное торжество. Будет дядя.

— Завтра у меня четыре урока. Могу и не успеть.

— Луиза.

— Что, Генрих?

И вот так каждый раз. Они были женаты всего лишь полгода, а Генрих ощущал себя старым, обремененным большим семейным опытом тайгером. Хоть сейчас молодежь учи и советуй держаться подальше от разных нахальных попаданок.

* * *

Сладкая жизнь закончилась внезапно, как оно обычно и бывает в реальности. Еще вчера Ира тщательно готовилась к урокам, разрабатывала планы улучшения школы, думала о будущем… А сегодня…

— Беременна, — вынес вердикт маг-целитель. — Третий-четвертый месяц, пока сказать точно не могу.

Ира увидела, как на губах Генриха появляется и расцветает ехидная улыбка, и поняла, что все ее планы можно выбрасывать в помойное ведро: беременную жену Генрих точно никуда не отпустит. А если и отпустит, то под конвоем.

Впрочем, не один Генрих собирался запереть Иру в четырех стенах. Отец объявился на следующий день, самолично преподнес Ире браслеты, защищавшие плод и роженицу, и сообщил:

— Мать на предпоследнем месяце, ей сейчас совсем нельзя волноваться. Помни об этом, когда соберешься совершить очередную глупость.

«Угу, — ехидно фыркнула про себя Ира, — то-то я совершаю глупости на каждом шагу, а мама буквально каждую секунду обо мне волнуется. Чушь собачья».

— Пап, — начала было она, но отец перебил, покачав головой:

— Или ведешь себя спокойно вплоть до своих родов, или забираю тебя в столицу драконов. Там все твои чудачества спишут на беременность.

«И не станут воспринимать меня всерьез, — добавила Ира мысленно. — Сволочи. Все сволочи».

Отец ушел, предварительно демонстративно пообщавшись о чем-то с Генрихом у Иры на виду.

— Указания давал, как с тобой следует обращаться, — ответил любимый супруг на вопрос Иры, едва дверь за отцом закрылась. — Не больше одного урока в день до седьмого месяца. А потом запереть тебя в спальне и не выпускать, пока не родишь.

— Изверги, — пробурчала Ира. — Я с ума тут от скуки сойду. Сколько тут месяцев длится беременность?

— Десять.

Ира завыла, негромко, но с чувством, с толком.

Генрих заржал. Словно довольный конь:

— Не пройдет. И мне, и обоим родам нужен наследник. Так что…

— Два урока. До десятого.

— Два. До седьмого.

Ира, насупившись, кивнула. Лучше так, чем вообще в спальне запрут.

Валери, узнав, обрадовалась скорому появлению племянника или племянницы:

— Ах, Луиза, дети — такое счастье, — манерно закатила она глаза.

— Так и скажи, — фыркнула Ира, — рада, что все бразды правления школой перейдут в твои руки.