Книга Академия моей любви, страница 62 – Кристина Зимняя, Анна Гаврилова

— Кори, конечно же я никому не скажу! Хочешь, поклянусь чем-нибудь? Ты, главное, сама виду не подавай.

— Да уж, – скривилась боевичка. – Я едва удержалась, чтобы этим хамам в морды чаем не плеснуть.

— Постарайся держаться от них подальше, – посоветовала я. – Вряд ли они станут вежливее. Ещё и о тебе что-то такое могут сказать, что ты не выдержишь и выдашь себя. Не садись больше за их стол.

— Ну уж нет! – запротестовала Кори. – Наоборот! Буду поближе держаться! Вдруг ещё что-то важное услышу? Они же на меня вообще внимания не обращают. Да и, честно говоря, с ними спокойнее. Они хотя бы с вопросами о тебе не лезут и подружиться не пытаются.

Возражения я проглотила. Думать о том, какие сложности принесла и ещё принесёт в жизнь Кори наша дружба, не хотелось. Вероятно, следовало свести наше с Кори общение к минимуму, для её же безопасности, но… Но, наверное, я эгоистка. И трусиха, которая отчаянно боится остаться совсем одна.

В общем, угрызения совести я подавила и поспешила вернуться к прежней теме.

— Так что там с аурой?

— У альф она не такая, как у прочих блохастых. Гораздо сильнее и в человеческой форме действует даже на людей, – пояснила Кори. – Только этого в учебниках не написано. Считается, что на нас власть вожака не срабатывает. Так что об этом тоже молчи, хорошо?!

Кивнула, переваривая свежую информацию.

— Так это что же, Рейн меня подчинить пытался? Специально?

— Не обязательно, – подумав, ответила подруга, – Лерт, ну, садовник наш, говорил, что в молодости альфы не полностью силу контролируют. Так что может быть, ты ему просто понравилась и вот…

Это "вот" как-то совсем не радовало. Вот ни капельки! И вообще сулило проблемы.

А ещё…

Додумать не успела. Взгляд зацепился за стрелки настенных часов и обнаружил страшное.

— Кори, мы опаздываем!

* * *

К аудитории, где должен был состояться общий сбор уже не всей академии, а только нашего факультета, пришлось буквально бежать. Нестись по опустевшим коридорам, подобрав пышную юбку, которая мешала до ужаса, и стуча каблуками. Отчаянно завидовать кориным штанам и мягким полусапожкам. И пытаться уже на бегу переосмыслить поведение парней за завтраком.

Ведь получалось, что белый и пушистый Рейн не так уж мил. А гадкий, несдержанный в мыслях Оуэн – не так уж гадок. И, может быть, вовсе не виноват. Как понять, кто был настоящим? И настоящим ли?

А самое главное – толку от этой телепатии? Если даже с ней не разобраться, кто и в чём врёт?

Только на нервы действует.

Может сходить к местным знахарям и капелек успокоительных попросить?

Или лорду Вэларту пожаловаться? Пусть разберётся и избавит меня от необходимости копаться в чужих головах.

Кольцо протестующе полыхнуло жаром и стиснуло палец. Я даже вскрикнула от боли и притормозила.

Как оказалось, вовремя. У нас осталось ровно двадцать шагов, чтобы слегка отдышаться (мне, потому что Кори совсем не запыхалась) и поправить волосы и одежду.

Так что в полукруглый ступенчатый зал без окон мы не влетели, а вплыли, как подобает настоящим дамам. Ну… почти.

Устроились в первом, почти пустом, ряду.

А буквально через пару секунд стену у кафедры прорезала вспышка портала, и из него шагнул магистр Вэларт.

— Добро пожаловать в лучшую Академию! – начал он с улыбкой, которая тут же превратилась в хищный оскал. – На лучший факультет, где выживут лишь лучшие!