Книга Рыжий и скрипка, страница 34 – Софья Ролдугина

«Ребёнок, что ли?» – пронеслось в голове.

Джек с ходу вспомнил с десяток историй, которые начинались с просьбы о помощи, а заканчивались очень и очень скверно, однако притвориться, что ничего не услышал, и продолжить путь не смог. Он свернул в ложбину между холмами, опасливо обошёл колючие заросли боярышника…

Трава под ногами стала зеленее и гуще; впереди, между холмами, где начиналась жизнерадостная рощица, на траве лежала маленькая белая козочка. Она угодила в ловчую петлю: ловушка сработала, и натянутая верёвка вздёрнула жертву за ногу вверх, кажется, не так давно. По крайней мере, козочка ещё пыталась освободиться, хотя и безуспешно. Шерсть её сияла даже в тусклом свете солнца, скрытого за облаками, а на коротких изогнутых рогах сверкали мелкие золотые колокольчики. Копыта у неё тоже были золотыми, но более тусклыми и почти не блестели. Козочка жалобно блеяла, и звук этот удивительно напоминал басовитый детский плач пополам с кряхтением.

«Не к добру, – подумал Джек обречённо. – Это совершенно точно не обычное животное».

Подумал – и осторожно поздоровался:

— Э-э, привет? Помощь нужна?

Козочка на несколько секунд замолчала… а потом заблеяла так рьяно, что это больше напоминало истерику.

— Так, так, не дёргайся, – Джек поднял руки, подходя ближе. Козочка задрыгала конечностями. – Слушай, замри хоть ненадолго, а то затянешь петлю ещё сильнее… Ты ведь меня понимаешь? Нет? Да? Я тебя не обижу. И не съем, я вообще-то сыт… О! – Его осенила идея; он вытащил из корзины кусок хлеба, отломил его и сунул в козью морду. Козочка и впрямь замолчала – и уставилась на него как на идиота. – Не любишь хлеб? А зря. Сказал бы я, чем мне приходилось питаться в последний месяц, но лучше не портить тебе аппетит, красотка… – Продолжая болтать без умолку, он осторожно ощупал верёвочную петлю и попытался её ослабить. Узел был мудрёный, петля затягивалась плавно, но надёжно. – Тебя вообще как сюда занесло? Травки решила пощипать? Знаешь, подруга, если б лично я увидел посреди бурых пустошей аппетитный зелёный лужок, то обошёл бы его десятой дорогой. Особенно в здешних землях… Ну вот и всё!

Не без труда, но узел поддался, и петлю удалось ослабить. Козочка дрыгнула ногой, едва не зарядив Джеку в лоб, и выскользнула из ловушки. Очутившись на свободе, не убежала, как он подсознательно ожидал, а заскакала вокруг, смешно задирая копыта. Потом извернулась как-то особенно смешно, подпрыгнула вверх…

…а приземлилась на траву уже человеческая девица, невысокая, худощавая, с тёмными гладкими волосами до лопаток и ровной чёлкой до бровей. Глаза у неё оказались карими, внимательными, а на носу косовато сидели очки в пластиковой чёрной оправе. В ушах блестели крохотные серёжки-колокольчики, по десятку в каждом, и тихонько звякали от малейшего движения. Носила девица широкую полотняную юбку, рубашку и плотный жилет, всё немаркого тёмного цвета, зато с вышивкой, к поясу была приторочена сумка, а на плечах лежала дымчатая пуховая шаль.

Джеку хотелось верить, что приметное козье благоухание исходило именно от шали.

— Спасибо, – произнесла девица, уставившись на него в упор. И – неожиданно протянула ему руку: – Ава! Приятно познакомиться. А ты Джек Эйден, чувак, который разозлил хозяина Эн Ро Гримм. Кстати, эм-м, милая бородка. Для маскировки отрастил? Если честно, тебе не идёт.