Книга Рыжий и скрипка, страница 181 – Софья Ролдугина

Руки у неё немного тряслись. На Сирила она старалась не смотреть и вообще выглядела как человек, который преодолевает сильный соблазн.

«Ширла хочет этот ключ, – дошло до Джека вдруг. – Верней, он ей позарез нужен… И не для этого квеста».

— А дальше ничего, – ответил Сирил. Он то ли не заметил её реакцию, то ли предпочёл проигнорировать, как поступал почти со всем, что его раздражало. – Сомневаюсь, что нам здесь пригодится пуховая шаль или мятные леденцы, а арбалет вы уже видели. Что дальше?

Ширла не сразу ответила; она всё ещё была взволнована – и, похоже, погружена в свои мысли… Чтобы деликатно отвести от неё внимание, Джек широко улыбнулся и в шутку произнёс:

— Ну, все карты на столе, самое время прикинуть, какую мы можем составить партию. У кого какие идеи? – и осёкся, сообразив, что Эшлинг ещё не высказалась.

Она, вероятно, догадалась, о чём он подумал, перехватив его взгляд, и усмехнулась:

— Нет нужды. Ничего примечательного во мне нет. Я умею ездить верхом и неплохо владею мечом… хотя и не настолько хорошо, чтобы одолеть хотя бы трёх головорезов, – добавила она, не скрывая досаду. – Я не колдунья, не умею обращаться птицей или зверем, да и сокровищ никаких у меня нет, да и талантов тоже.

Эшлинг умолкла; Альфред Росс открыл было рот, но, похоже, так и не сообразил, что бы такое ободряющее сказать. Ширла по-прежнему размышляла, почти беззвучно бормоча что-то под нос…

— Бесполезной быть очень выгодно, – неожиданно сказал Сирил, искоса глянув на Эшлинг. Это могло прозвучать как оскорбление, но отчего-то выглядело как попытка утешить; Джек передумал вмешиваться и прикусил язык. – По закону жанра в фильмах ужасов только такие и выживают. На чистом упрямстве… ну и потому что заслуживают этого.

Она моргнула потерянно; лицо у неё сейчас выглядело моложе – видимо, из-за замешательства.

— Что такое «фильм»? – спросила Эшлинг негромко, и Джек как-то сразу вспомнил, что она никогда не была во внешнем мире.

Родилась здесь, среди магии и жестоких чудес.

На землях Эн Ро Гримм.

— Гхм, ну, фильм – это как спектакль, но только на экране… Э-э, на такой плоской штуке, – неожиданно ответил Альфред Росс. И нахмурился, точно через силу вспоминая что-то: – Движущееся и звучащее изображение, во! Старший мой хочет быть сценаристом и, надеюсь, станет – денег-то за курсы пришлось отвалить немало… Хотя какие курсы, если он в школе только ещё… – и он сконфуженно притих.

Эшлинг кивнула, словно поняла. Она немного помолчала, точно собираясь с мыслями, а потом осторожно спросила, так, будто слова могли её укусить:

— Если «по закону жанра» я должна выжить, то кому этот закон предсказывает смерть?

А Сирил вдруг усмехнулся – как электрический разряд вдоль позвоночника пробежал – и ответил ровно:

— Ну, я мерзавец и веду себя так, точно весь мир мне должен… Так что, полагаю, это буду я. Ну, по канону.

Альфред неловко кашлянул; Эшлинг снова нахмурилась, размышляя; Ширла сипло расхохоталась, хотя весёлой не выглядела, но и растревоженной уже тоже, словно те тёмные мысли, что овладели ей ранее, отступили наконец.

«…не допущу».

А Джек ощутил вспышку бешенства – неожиданную, резкую, сильную.

И, пожалуй, испугавшую его самого.