Книга Дар смерти, страница 56 – Анна Трисс

— Вот дерьмо! – выругалась Панама, выпуская из рук Режущую нить, которую начала вытягивать и разматывать из кожаного нарукавника.

Она поранила руку об острую кромку металлической нити. Привлеченный запахом Хищник тут же спрыгнул с плеча Винса, чтобы слизнуть кровь с руки девочки. Юный эльфид вовремя его поймал. Хамелеон наверняка бы ее укусил.

— Тебе просто нужно привыкнуть, – уточнил он, показывая на кожаный нарукавник. – Нужно ставить пальцы определенным образом между шипами, чтобы не пораниться. Мой отец покажет тебе технику на своих занятиях.

— Расскажи мне о близнецах, – попросила Панама, прижимая тряпку к раненой руке. – Я видела Вихря на фреске с изображением битвы. Белладонна старше Жнеца, ведь так?

— Да, у них больше двух веков разницы. Близнецам где-то пятьсот пятьдесят лет. Они родились в крошечной каморке бывшего императорского дворца, будучи рабами людей с самого рождения. Как и мой отец, Вихрь пошел в солдаты под командованием Мрака, а Белладонна стала куртизанкой при императорском дворе. Их всех освободил Пекло и… второй дракон с фрески. Что вызвало гнев императора Каллистена III и развязало Континентальную войну.

— Белладонны нет на фреске.

— Она была в плену у императора перед финальной битвой. Когда Вихрь, Мрак и другие взяли штурмом столицу и захватили императорский дворец, Белладонна была скорее мертва, чем жива в своей камере. Каллистен Кровожадный заставил ее вынести тысячу мучений, прежде чем Пекло обезглавил его в тронном зале дворца.

— Теперь я понимаю, почему она такая… необычная.

— Необычная? Да эта женщина просто чокнутая, Панама. Пытки повредили ее душевное здоровье. На другом конце подземелья слышно, как она ругается со Жнецом или своим братом по несколько раз в месяц. Верховный мастер состоит с ней в сожительстве уже несколько десятилетий, но ученики уже делают ставки на их скорое расставание. Она бьет колбы в лаборатории во время приступов гнева, орет как истеричная фурия при малейшем упреке от вышестоящего начальства… после чего снова становится мягкой, вежливой и любезной, чтобы получить желаемое и чтобы ее простили. Глава Мрак ценит ее как собственную дочь, поэтому она ничем не рискует. Не знаю, как Верховному мастеру удается ее выносить, она большая собственница, к тому же стервозная.

Панама тихонько рассмеялась, с облегчением обнаружив, что Винс разделяет ее мнение в отношении Ним, и забавляясь при мысли о том, что сплетни присутствуют во всех сообществах мира, даже самых необычных.

— Зато эта чокнутая очень красива. А для мужчин красота женщины важнее, чем ее стервозность, – заявила она.

Ее куратор пожал плечами, мало убежденный этим выводом.

— У них, по крайней мере, есть что-то общее, – продолжила Панама. – Профессиональная деятельность.

— Это так. Белладонна относится к тем женщинам, что могут проткнуть кому-нибудь горло заколкой для волос, слизать кровь языком и снова заколоть волосы как ни в чем не бывало. И, кажется, твой наставник Жнец однажды уже прикончил свою цель, воткнув ей в глаз нож для бумаги, потому что ничего другого под рукой не было.

— Какая очаровательная пара убийц! Главное, чтобы они не начали размножаться, а то их ребенок задушит акушерку своей пуповиной сразу после рождения.

Разразившись удивленным смехом, Винс покачал головой и снова принялся рыться в своей сумке. Панама покосилась на его руку с татуировкой эмблемы Гильдии. На ней был изображен величественный дракон с распростертыми крыльями, извергающий потоки огня. На данный момент у него был только один спинной шип – знак учеников. У убийц их было два, у Мастеров – три, у Верховного мастера – четыре, а у Глав – пять. Добавление очередного шипа в татуировке было очень престижным для всех Теней.