Книга Дар смерти, страница 219 – Анна Трисс

Лакей провел Теней в небольшой зал и попросил их немного подождать. Стражники, выстроившиеся вдоль стен, замерли с пустыми взглядами. Пекло спокойно уселся на удобный диван и открыл одну из книг, оставленную в распоряжение посетителей. Трое убийц не притронулись ни к вину, ни к закускам, щедро выставленным на столе.

— И сколько нам ждать? – спросил Хамар на эльфийском языке.

— Полтора часа, – ответил Джерис Таргам, не поднимая головы от книги. – Каждый год Торговцы вызывают Гильдию после всех других братств.

— Было время, когда Лига относилась к нам с таким же уважением, как к Касте, Клану и Братству, – произнес Верховный мастер, глядя на стражей. – Бывшие Торговцы не позволили бы себе обыскивать нас, как бандитов, и заставлять ждать в зале целый час под присмотром своих солдат.

— Прошу тебя, следи за словами, даже если они не понимают эльфийского, – пожурил его Пекло.

— Это простая констатация факта, Глава, – сказал Жнец, поставив у своих ног деревянный сундучок с ежегодным налогом.

Он сел в кресло напротив Джериса Таргама, чтобы облегчить боль, сковавшую его бедро. После засады, устроенной Мадиганом Лареном, Белла вручную извлекла стрелу и смогла залечить его мерзкую рану своим даром. К счастью, он совсем не хромал, но нога будет оставаться уязвимой еще несколько недель. Он щадил себя немного больше, чем обычно, и облегчил тренировки с Панамой.

— Кстати, я по-прежнему жду твоего отчета, сын, – бросил Мрак, прислонившись к колонне.

Хамар еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Отец имел в виду его последний контракт, который он исполнил две недели назад.

— У меня пока не было времени его составить, но рассказывать особо не о чем. – Он посмотрел на солдат, которые слушали их, не понимая. – Кроме того, что наш человек стал жертвой несчастного случая.

Было бы глупо упоминать его имя при всех, даже на другом языке.

— То есть?

— Он потерял равновесие в темном переулке и напоролся горлом на случайно оказавшееся там лезвие.

Его отец с усмешкой покачал головой.

— Эти люди такие неуклюжие.

Пекло не поднял головы от своей книги, но было видно, как его пальцы сжались на обложке. Их пренебрежительное отношение к убийствам ему не нравилось, и они оба это знали. И продолжали его поддразнивать.

— Его воля к жизни меня восхитила, – уточнил Хамар, краем глаза наблюдая за драконом. – Он прополз четыре метра, истекая кровью, прежде чем умер.

— Неплохо. Обычно их хватает только на два метра, – ответил Мрак.

— Никогда бы не подумал, что он на такое способен. Он весил не меньше сотни килограммов. Пока я дотащил его труп, растянул себе руки и спину.

— Неизбежные риски профессии, – прокомментировал его отец равнодушным тоном.

Пекло резким движением захлопнул свою книгу. Верховный мастер сдержал удовлетворенную улыбку, появившуюся у него на губах.

— У вас что, нет никакого уважения к мертвым? – холодно бросил он.

— Я уважаю мертвых, мой друг, – ответил Мрак, который, в свою очередь, не удержался от улыбки. – Те, кто приносит нам больше пяти тысяч скептрионов за контракт, получают все мое уважение, посмертно.

Хамару обычно не нравился юмор отца, но в этот раз его реплика показалась ему забавной.

По лицу старого дракона пробежала тень отвращения.

Час спустя лакей вернулся за ними и проводил во внутренний двор Скептриона, переполненный людьми. Больше всего Хамара поразил не гул толпы, не удушающая жара, не агрессивная вонь от большого скопления людей: его чуть не ослепил дневной свет. Он опустил капюшон на лоб, чтобы защитить себя от взглядов, и поправил шарф на нижней части лица. Яркое солнце играло на алебардах солдат, на окружающей их мраморной колоннаде, на частичках гравия, хрустящих у них под ногами… и на Колеснице жатвы.