Книга Тигровая лилия, страница 22 – Катерина Зверь

— Значит, если мы хотим вывести Алара на чистую воду, следует нанять его. – Дейем, помедлив, неохотно кивнул. – Я отправлю в Менкар одну из Теней. Пусть послушает, о чем шепчутся в своих темных углах червячники. И еще кого-то следует приставить к этим охотникам – пусть слушает, о чем шепчутся в темных углах они.

Джемайя, все это время послушно не встревавшая в разговор, коротко вздохнула и сделала шаг вперед:

— Матушка, – позвала она, заставив всех троих участников беседы обернуться, – позвольте мне.

Руйо вопросительно оглянулась на Дейема, и тот кашлянул.

— Я бы предпочел кого-нибудь постарше и поопытнее, матушка. И понадежнее, – добавил он выразительно, переводя взгляд на девушку. – Почему это должна быть ты, Хенна?

— Возможно, мне и впрямь не хватает возраста и опыта, – ответила та, выдержав взгляд Старшей тени, – но в этом и есть мое преимущество. Я молода. Я женщина. И я не так уж красива – в Сером углу есть девушки куда более привлекательные. Алар – гордый человек, к тому же он старше меня. Он сочтет меня легкой добычей, не избалованной мужским вниманием.

— Рассчитываешь его очаровать? – Дейем насмешливо фыркнул.

— Я не настолько сильна в подобных чарах, – Джемайя покачала головой, не поддавшись на укол, – но всего вышеперечисленного хватит, чтобы он ослабил бдительность и доверился мне больше, чем доверился бы соглядатаю-мужчине. В конце концов, на роль акеси выбирают животное похуже. – Она улыбнулась, глядя в глаза Старшей тени. Дейем помрачнел и отвел взгляд.

— Я не говорил, что… – начал он и осекся, снова поднимая глаза на Джемайю. – Ты уверена? Акеси – добыча не только для хищников, Хенна.

— Я знаю, – кивнула девушка.

«Акеси» – так называли особых животных в тех краях, откуда приплыли основатели Ямарры. Животных, служивших приманкой для крупных и опасных хищников, резавших скот. На роль акеси выбиралась самая худая овца, коза или телушка, и несколько дней ее откармливали особой смесью дурманных трав, насыщающих плоть и кровь ядами. Позже жертву-акеси выпускали пастись там, где обитал искомый хищник. Ослабевшее животное, с трудом держащееся на ногах, казалось легкой добычей, хищник набрасывался на него, пожирал отравленное мясо и слабел сам – и тогда становилось проще выследить и убить его.

Но словом «акеси» называли не только жертвенных коз и овец.

Так же звали жрецов и заклинателей, охотившихся на опасных демонов. На роль акеси выбирался тот, кому недоставало сил для открытой борьбы, тот, кто обладал силой раньше, но позже утратил ее, или просто больной и немощный жрец, проживший на этом свете слишком долго. Он точно так же отравлял свое тело и разум дурманом, обрушивал мысленные стены, защищавшие его душу, становясь лакомой добычей для демонов, – и когда порождения тьмы овладевали его телом, другие жрецы, умелые и сильные, уничтожали тварь или запечатывали навеки.

Но сейчас никто не мог с уверенностью сказать, что за неведомый убийца орудовал в окрестностях города – зверь, алчущий крови, или демон, алчущий душ. Вызываясь на роль акеси, Джемайя рисковала и тем, и другим.

Они все это понимали – и хмурящийся Дейем, и молчаливая Руйо, и неловко мнущийся рядом с троном казначей, – но никто из троих не спешил возражать, предоставляя это право другому.