Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 87 – Моргана Маро

— То император пошлет людей, чтобы вернуть меня в столицу, – договорил за него Цин Вэнь. – А может, у наставника Фана найдется заклинание, которое поможет императору Хэ забыть обо мне?

— Такое и правда есть, только про тебя знают многие в Цинхэ. Придется целый город памяти лишать.

— А ты сможешь?

Фан Лао ответил вздохом, невольно вызвав у Цин Вэня улыбку.

— Давай пока не будем к этому прибегать?

Принц не стал спорить.

— От тебя странно пахнет, – пробормотал Фан Лао, опустившись на край топчана.

— Сюэбао привела меня к захоронению светлых заклинателей, – признался Цин Вэнь. – Не знал, что ваши тела не подвержены тлению.

— Все из-за ци, которая в них накапливается. Мастер Ао говорил, что встречал захоронения светлых заклинателей, которым несколько тысячелетий, и они до сих пор выглядят так, словно умерли недавно. Темные же заклинатели… Впрочем, ты и сам видел, что происходит с их телами.

— Разве для расхитителей могил это не хорошо?

— А ты думаешь, светлые заклинатели позволят свои кости воровать? – усмехнулся Фан Лао. – Тело светлого заклинателя не просто нетленно – после смерти его невозможно ранить никаким лезвием: ни кожу содрать, ни кости вырезать. Много кто пытался, и ни у кого не получилось.

— А боги? Что с их телами? – вдруг спросил принц.

В юрте повисла тишина. Фан Лао задумался, а Цин Вэнь приготовился услышать не самый приятный ответ.

— Я не видел мертвых небожителей, – тихо признался Фан Лао, – однако слышал от мастера Ао, что боги обращаются в статуи из белого камня. Тот, кто не знает, что это мертвое божество, пройдет мимо и не осквернит, а кто знает, тот попытается завладеть хотя бы кусочком.

— И получается?

— Да. Их можно расколоть, все равно это камень, а души давно слились с Небесными жилами.

— И Небеса за такое не покарают?

— Божество ведь все равно мертво, так за что карать? – удивился Фан Лао. – Все, что от него осталось, – это лишь камень, напитанный светлой ци.

Обратиться камнем после смерти было не так уж и плохо – лучше, чем стать обезображенным демоном, как Шандишэ.

— Лао-эр… – Цин Вэнь умолк, поняв, что Фан Лао уснул. Только сейчас принц увидел залегшие под его глазами тени. – Глупый, почему не спал?

Так и не дождавшись ответа, он переложил его поудобнее, а сам смыл с себя всю пыль и грязь, прежде чем лечь на свое место.

Через что же прошел в прошлом Лунлао, став Бедствием? Кто убил его и почему Вэйцзюнь так винил себя в этом? Когда-нибудь Цин Вэнь вспомнит это и вновь пройдет через горе, питавшее его несколько сотен лет.

* * *

Утро следующего дня встретило серыми тучами и мелким дождем, а еще печальным звуком горна, взвившимся под самые небеса. Ему вторили цянские флейты и тихое горестное пение женщин.

На рассвете, так и не придя в себя, скончался хан племени шаньбэй. Ни травы, которые готовили шаманы, ни снадобья Фан Лао не смогли продлить его жизнь и вывести яд из крови. Слишком долго он болел, слишком сильно истощилось тело. Стоило хану сделать последний вдох, как он замер и вдруг расслабился – оставил тщетное сражение за жизнь.

Люди шаньбэй горевали, а больше всех – Сы Ху. Отказавшись от еды и воды, он два дня просидел возле кровати хана, возжигая благовония и роняя слезы.

— Хан Сы был одним из сильнейших ханов своего времени, – негромко произнес Фан Лао, кутаясь в теплые одежды, спасающие от ветра.