Книга Константин. Небо за нас, страница 80 – Иван Оченков, Антон Перунов

— А что в пятом?

— В том то и дело, что там и вовсе ничего нет, только обломки всякие, да ямища на полдвора. Не иначе там погреб был, который наши артиллеристы и подорвали!

— Что ж, вполне вероятно. А каковы гарнизоны этих редутов?

— Турки! – презрительно отозвался прапорщик, выразив этим полное пренебрежение к противнику. – Караулов толком нет, аскеры забились в уголке и костры жгут, чтобы, значит, согреться. Пятый так и вовсе пустой. Видать не было у ни сил, ни времени на починку…

— И пушки развернуты на север?

— Точно так-с!

— А что у британцев?

— Да то же самое, только лучше. С востока перед Кадыкоем редут в форме ромба с шестью пушками. Насыпь, правда, невысокая, да и ров курице по колено, зато закрыт со всех сторон и на арапа его не взять.

— Выходит, хорошо укрепились?

— Будь у нас такие на Альме, до сих пор бы там стояли! – рубанул с плеча прапорщик, но тут же прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнего.

— Что дальше? – невозмутимо продолжил Хрущов и сам не слишком жаловавший бывшего главнокомандующего.

— Вот здесь ближе к Балаклаве, – облегченно вздохнув, продолжил Волков. – Две батареи. Точнее одна, потому как у второй только вал есть, а пушек, значится, нету!

— Тут вроде бы татарская деревня должна быть, – попытался прочитать заковыристое название на карте полковник.

— Может и была, а теперь под снегом и развалин не видать.

— Гарнизон большой?

— В редуте-то? Сотни полторы, может две этих… в юбках.

— Шотландцев?

— Так точно-с! А на батарее и вовсе никого нет.

— Отчего так?

— Так морячки наши постарались. Уж не знаю, в ножи взяли или еще как, а живых не осталось.

— Вот, значит, как…

Картина стала ясна. Британские позиции практически рассечены, а ромбовидный редут их последний опорный пункт. А следом за ним в двух верстах по линии высот в укреплениях Обсервационного корпуса сидят турки, значительно уступающие по боеспособности своим французским союзникам. В связи с чем, вся оборона может быть обрушена одним мощным ударом. Вот только…

— Его высочество бы меня поддержал, – пробормотал полковник, решившись.

— Что? – переспросил не расслышавший его Волков.

— Ничего, прапорщик. Я доволен вами и непременно отражу это в рапорте на имя великого князя Константина Николаевича. А теперь нам пора выступать…

С одной стороны он очень рисковал. Имевшихся у него сил по-хорошему с трудом хватало только для защиты Балаклавы, но никак не для наступления. Однако в порту уже высаживался второй полк его бригады – Минский. Кроме того, доставившие его линейные корабли «Ягудиил» и «Варна» обладали изрядной огневой мощью, и могли высадить на берег в помощь гарнизону, по меньшей мере, четыре сотни штыков. Во всяком случае, приказ оказывать всяческую поддержку Хрущову у их командиров имелся.

За то если план удастся, оборонять Балаклаву можно будет не на импровизированных баррикадах, а в настоящих укреплениях, заботливо возведенных англо-французами.

Гарнизоном британского ромбовидного редута за селом Кадыкой служила рота шотландцев 93-го полка, которой командовал капитан Вильям Лесли. Еще утром, он думал, что находится вместе со своей ротой в глубоком тылу, а сейчас оказался мало того, что на передовой, так еще и окружении. Началось все около полудня, когда к ним в расположение прибежал растрепанный интендант мистер Коули, которого тихо ненавидели все кому только «посчастливилось» познакомиться с этим почтенным джентльменом сколько-нибудь близко.