Книга Проклятая магия, страница 40 – Анна Велес

И сквозь вот эту уже тяжелую дрему, Дюк уловил, как поднялся с пола Мигель, аккуратно и тихо прошел к столу. Лучник закрыл книгу, бережно подхватил на руки уснувшую прямо за столом Мэл, отнес девушку на расстеленное ею одеяло. Дознаватель лениво порадовался, что вот теперь-то все успокоятся. Но нет, Мигель не стал ложиться привычно рядом с магом. Укрыв девушку одеялом, он взял еще одно, и отправился к двери.

Дюк с огорчением попрощался со своим так и не случившимся сном. Мигель ушел к Алике. Дознаватель ощутил серьезный прилив раздражения и даже злости. Нет, удивительно, но он не ревновал. В конце концов, Дюк понимал, что воительница ему не принадлежит, что он еще не имеет права на ревность. Его злил Мигель. Как-то некрасиво уложить спать одну женщину, и после бежать к другой. Зачем надо было прятать это проклятое одеяло, почему нельзя было отдать его Алике сразу еще перед началом ее вахты? Повод поговорить? Хорошо, но почему надо было ждать, когда все заснут?

В этом было что-то некрасивое и неправильное. И это неприятно поразило Дюка. Он как-то не ожидал такого от Мигеля. Лучник всегда казался веселым и ироничным. Он явно был не глуп, наблюдателен. Он был верен отряду и Страже. Дознаватель полагался на него, больше, чем на других. Он делил с Мигелем ответственность за Мэл… А еще Дюк прекрасно знал, что девчонка к лучнику неровно дышит. И в этом вопросе тоже на него полагался, верил, что не обидит. Теперь эта вера как-то пошатнулась.

Мигель вернулся быстро. Дюк, сердясь на самого себя, все же аккуратно посмотрел на лучника, из-под опущенных ресниц. Стражник выглядел каким-то смущенным и сбитым с толку. Дознаватель отдал бы половину своего жалования за…неделю, чтобы узнать, что же такого сказала Мигелю Алика. Что привело лучника в такое странное состояние?

Дюк еще некоторое время мучился любопытством, потом вернулось неприятное впечатление от этих вороватых новых замашек подчиненного. Мысли о Мэл, о том, насколько она последнее время часто выглядит несчастной. Снова из-за Мигеля. Из-за их частых ссор.

Но это не способствовало спокойному отдыху. Кое-как прогнав неприятные мысли, он еще пытался заснуть. Проворочался часа полтора-два. А потом плюнул на все, тихо встал и отправился во двор.

Алика сидела на завалинке. Уже привычно. Воительница куталась в одеяло и вглядывалась в ночной лес. Когда Дюк остановился рядом, она только чуть повернулась в его сторону и непривычно сухо произнесла:

— Моя вахта еще не закончена.

Дознаватель посмотрел на небо. Сквозь кроны звезды можно было различить с большим трудом, но в рейдах все Стражи умели определять время по малейшим изменениям местоположения светил.

— В отряде правила одинаковы для всех, — сообщил он воительнице. — И дежурства распределены. А я просто не мог уснуть.

— Прости, командир, — тут же виновато улыбнулась Алика.

— Извини, — примирительно ответил Дюк. — Тебе надо было побыть одной. Я понимаю.

— Нет, — уже привычно спокойно и дружелюбно откликнулась она. — Садись. Я тут нашла солому, подстелила. Так теплее.

Алика чуть подвинулась, дознаватель уселся рядом, привычно чуть касаясь ее плеча своим.

— В доме пока натоплено, — сообщил он. — Но думаю, потом надо будет чуть подкинуть дров. К концу моей вахты дом успеет остыть. Тут слишком свежо.