Книга Маг, запирающий страны, страница 131 – Aki

Пустошь.

А на австралийском континенте в это же время творился настоящий апокалипсис.

Порталы Магической Империи, гигантские сияющие разрывы в самом пространстве, стояли в десятках ключевых точек. Из них непрерывным потоком, и днём, и ночью, выходили отряды Имперской Стражи и магов Академии. Но они не защищали и не обустраивали лагеря. Они очищали.

Маги-пироманты, обычно занятые тонкой работой в кузницах или на энергостанциях, шли широким фронтом. Их руки, взметаясь, извергали не просто пламя, а белую, всепожирающую стену испепеления. Джунгли, сохранившиеся даже после старых войн, вспыхивали и превращались в пепел за считанные минуты. Не оставалось ни угольков, ни дыма — только ровный, чёрный слой пепла на идеально выжженной земле.

Маги-геоманты, с лицами, напряжёнными от концентрации, опускали ладони на землю. Под их прикосновением холмы оседали, овраги заполнялись, русла рек меняли направление, уходя в в стороны или испаряясь. Они создавали не ландшафт, а ровную, как стол, поверхность на сотни километров вокруг намеченных координат. Не оставляя ни укрытия, ни помехи, ни неровности. Только идеальное поле, где врагу будет некуда бежать от их господина.

Там, где встречалось сопротивление — редкие отряды местных военных или фанатиков, не желавших покидать дома, — действовали не Стража, а големы. Бездушные, безэмоциональные, они просто выполняли директиву «эвакуировать или нейтрализовать». Чаще — нейтрализовали. Быстро, тихо, без жестокости, но и без милосердия.

Но самый страшный процесс шёл в городах и посёлках. Люди, оглушённые голосом в своих головах, в ужасе бежали к побережьям и порталам. Они бросали всё: дома, нажитое за жизнь имущество, фотографии, домашних животных. Паника была чудовищной, и её едва сдерживала та самая, всепроникающая уверенность, внедрённая тем же сообщением: здесь будет биться нечто, от чего нет спасения.

А те, кто пытался сопротивляться, кто цеплялся за призраки старой власти — мэры, губернаторы, полевые командиры, — гибли даже не от рук Империи. Их находили убитыми своими же бывшими подчинёнными или соседями. Фанатики новой веры, рождённые за считанные месяцы существования Магической Империи, исполняли высшую волю, как они её понимали: очистить поле для битвы их Бога. Старый мир уничтожал сам себя во имя нового, даже не понимая его истинной сути.

К утру назначенного дня от зелёного континента осталась лишь пустошь. Абсолютная. Ровная, чёрная равнина под багровым от тлеющих пожаров небом.

Не было ни звука, ни движения, ни жизни. Только ветер гулял по этой гигантской, приготовленной по всем правилам могиле уходящей эпохи.

Весь мир: от последнего бункера в бывшей России и до дворца Вэя, затаил дыхание. Страх висел в атмосфере, густой и липкий, и даже яростная уверенность Вэя не могла полностью развеять его. Все понимали: завтра на этой пустой сцене разыграется последний акт. Победитель получит всё. Проигравший — потеряет всё. А зрителям, всему человечеству, останется только принять волю того, кто выйдет из этой пустоши живым. Или чем-то, что заменит ему жизнь.

Мир замер в ожидании своих богов.

Ветер на окраине выжженной пустыни в центральной Австралии был единственным, что ещё двигалось в этом мире. Вернее, в этом фрагменте мира, специально отрезанном от остальной планеты и подготовленном для битвы настоящих божеств. Вэй стоял на краю гигантской, идеально круглой равнины, а вокруг него простирались сотни километров абсолютно плоской, спрессованной поверхности под багровым от лучей низкого солнца пепла.