Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 66 – Лоис МакМастер Буджолд

Губы Раваны дрогнули с отрешенным пониманием.

— Так жаль лошадей. Но я вынуждена полагать, что вы поступаете правильно, избавляясь от них как можно скорее. Бедный мальчик! Его повесят?

— Я попросил не делать этого. Его капитан, хоть и разъяренный, испытывал те же чувства, и я думаю, что ко мне прислушаются.

— Ясно. – Нахмурившись, она бросила взгляд в окно, постукивая по колену, затем посмотрела на Пена с большей задумчивостью. – Итак. В прошлом году ко мне попал ваш дартакийский перевод двух книг Просвещенной Ручии о чародействе, – сказала она. – Его любезно прислал герцог Джурго.

Должно быть, это было издание, напечатанное в Мартенсбридже несколько лет назад, которое забралось так же далеко, как и сам Пен; вероятно, один из экземпляров, которые Пен подарил своему покровителю.

— О! Вы читаете на дартакийском?

— Не так хорошо, как хотелось бы, а большинство моих учеников и того хуже. Насколько я поняла Джурго, вы работаете над переводом на седонийский?

— О! Да! – просиял Пен. – Первый том готов и ждет, пока я перенесу его на металлические печатные формы. Над вторым я пока работаю.

— Над томом по медицинской магии, верно?

— Да. Он намного толще и сложнее, а потому требует больше времени.

— Подобная работа принесет много пользы моим ученикам.

— На это я и надеюсь. Когда я учился в семинарии в Роузхолле, редкость текстов стала поводом для множества ссор. А однажды – кровавой резни. Именно это впервые подвигло меня на изобретение техники с печатными формами. Которую я описываю в приложении к первому тому. Хотя про резню там нет.

— Я его читала. – Выпрямившись, она одарила Пена странной улыбкой. – Я хочу экземпляры для своих учеников. И для себя.

— Думаю, вы сможете получить их от Джурго. Книги будет производить его герцогский печатный станок, если все пойдет хорошо.

Она уверенно кивнула.

— Прошу, не давайте никому больше проткнуть вас насквозь, пока не закончите, Просвещенный Пенрик.

Подразумевая, что после его можно будет использовать в качестве подушечки для булавок? Вспомнив, в каком состоянии оставил свой кабинет, Пен почти поддержал эту мысль. Он глупо ухмыльнулся.

— Постараюсь, Просвещенная.

Потом дилижанс прибыл к Ордену Матери, и вновь поднялась суматоха. Измученная Толга приветствовала подкрепление с радостью, на которую Пен и надеялся, и даже уделила щепотку ему, когда он рассказал историю про больных лошадей и синих слепней. Пен быстро понял, что может предоставить женщин друг другу, а потому попросил портшез с носильщиками, чтобы вернуться в форт.

Это было не совсем притворство. Рана от копья до сих пор пульсировала болью, и Пен мог откинуться назад, закрыть глаза и использовать на полную все чувства и радиус действия Дез, чтобы прикончить каждое жалящее насекомое по пути из Вилнока в Тино. Когда все закончится, он в жизни не захочет убивать домашних животных, но будет рад сделать привычкой это убийство насекомых, где бы ни оказался. Начало было положено.

* * *

Через пять дней новые случаи прекратились. Через десять Пен, Дубро и Реде смогли перевести последних жертв болезни из палат в казармы для выздоравливающих. Когда число нуждавшихся в магии смертельно больных сократилось, они начали поправляться все быстрее и быстрее. Это дало Пену возможность чаще посещать Тино, с тем же результатом. Равана и Толга сообщали о схожем развитии событий в Ордене Матери в Вилноке.