Книга Исповедь смертного греха 5, страница 112 – Макс Вальтер

— И там тебя будут допрашивать, — заметила Дашка.

— Обязательно. И первым делом снимут данные с визора. По такому делу они не станут смотреть его по сети. Они подключат меня к своему терминалу напрямую, физически, как подключают любой изъятый носитель. — Санёк помолчал. — Вот это и есть наш вход. Пока они читают мой визор, я сижу в их сети. Даш, ты научишь меня, что делать. Мне не нужно взламывать весь контур. Мне нужно найти одну строчку: где держат Андрея Ковтуна.

— Научу⁈ — Голос у Дашки дрогнул. — Сань, ты понимаешь, о чём просишь? Я этому училась годами. А ты хочешь, чтобы я за одну ночь сделала из тебя хакера, который полезет в закрытую сеть «Рудкофф», пока его допрашивают?

— Нет, — сухо отрезал я.

Все замолчали и ждали, что я скажу дальше.

— Он прав, — добавил я. — Это реальный шанс. Может быть, единственный, который у нас есть.

— Кость! — Дашка почти выкрикнула моё имя. — Он наш друг! Нельзя просто взять и отдать его им!

— Я никого отдавать не собираюсь.

Я произнёс это спокойно и подождал, пока она услышит.

— Даш, никто не говорит о том, что я хочу пожертвовать членом команды. Если потребуется, я пойду в «Орион» сам и вытащу его оттуда, даже если для этого придётся поднять на ноги всё здание. Но я не думаю, что до этого дойдёт. Прикинь сама: где его будут держать? «Орион» строили как офис, тюрьмы там нет. Камер для содержания под стражей нет, условий нет, нормального конвоя нет. Его подержат там, пока допрашивают, а потом обязательно повезут туда, где таких людей содержат по-настоящему. И если мы сделаем так, что Санёк будет выглядеть для них по-настоящему важным, то перевозить его будут быстро, а значит, по воздуху. Любой перевозкой можно воспользоваться. Здание брать тяжело, а машина, которая выезжает из здания, гораздо уязвимее.

— А если его не повезут? — тихо спросила Дашка.

— Тогда мы пойдём за ним.

Она не ответила.

— Есть ещё одна проблема, — сказал Шурик. — Даша права в одном: за ночь хакера не сделаешь. Санёк хорош в людях, но в коде он плавает. А там закрытый контур с собственной защитой, и сидеть в нём ему придётся ровно столько, сколько длится снятие данных. Десять минут, может, пятнадцать. За это время даже я не уверен, что найду нужное.

— Это можно решить.

Голос раздался в канале, и никто сразу не понял, чей он. Ровный, без эмоций, ни на кого из нас не похожий. Я узнал его мгновенно, потому что слышал его каждый день в собственной голове. Друзья тоже слышали его не впервые, но всё же для них это было редкостью.

— Это Каин, — представил его я, чтобы остальные поняли. — Он говорит через мой визор.

— Колония Александра работает по моему коду, — спокойно продолжил Каин. — Сейчас она развивается медленно, своим путём, и до того уровня, который здесь нужен, ей далеко. Но я могу ускорить её. Я передам ей часть собственного кода, уже готового. Тогда она сама войдёт в их сеть в момент подключения, найдёт нужное и уберёт за собой следы. Ей не понадобится, чтобы Александр понимал, что она делает. Сеть для неё родная среда. Она говорит с ней на одном языке, на котором человек говорить не может.

— И чем за это придётся заплатить? — спросил Санёк.

Каин ответил сразу, без паузы.

— Самостоятельное развитие твоей колонии прекратится. Она не вырастет в собственную личность, как растёт сейчас колония Карины. Она станет почти копией меня. Различия останутся, потому что думать она будет твоим мозгом, а не мозгом Константина. Но их будет меньше, чем между двумя людьми. Скорее, как между братьями. Отменить это я потом не смогу.