Книга Трон галактики будет моим! Книга 9, страница 94 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Говорящих голов мне ещё по почте не прислали. Что-то новенькое в обычаях этой войны…

— Ну, везите его сюда, — заключил я. — Послушаем, что эта голова нам скажет.

Тем временем Сироты Войны добили с почтительной дистанции последние ордынские остовы, ещё догоравшие на орбите над Помпеей. С приличной дистанции, чтобы не получить от них предсмертный выброс миллионна вакуумных некродеснтников. Лучше и надежнее вот так, издали, спалить их всех.

Блин, мы победили.

Большое дело сделали.

И хотя у меня в эскадре нет ни одного корабля без тех или иных повреждений, мы ни одного не потеряли. Двенадцать-ноль, отличное соотношение. всегда бы так.

Нужно отправить собранные нашими кораблями тактические данные в мой генеральный штаб на Гербере на учет и анализ, передать сообщение о победе в Адмиралтейство на Первопрестольной и в секретариаты союзных домов, ну и в информационную сеть Империи слить нарезку воспоминаний непосредственных участников, да понажористее, покрасочнее. Октавия этим займется. Победы привлекают волонтеров и энтузиастов в наши ряды.

А потом в мой штаб нагрянула сама Ольга Сергеевна Ледовская-Жувак, чрезвычайный посол лично.

И судя по состоянию ее гардероба, один из наших головокружительных маневров она встретила в месте, не защищенном локальной искусственной гравитацией. Как она выжила-то?

— Ольга Сергеевна! — радушно приветствовал я её появление у меня на пороге. — Что-то вы бледны. Кажется, вам не хорошо? Может вам прилечь?

— Во имя всего человечества, — проговорила посол, пошатнувшись и прислонившись к переборке. — Ну кто так водит? Я всю обзорную палубу уделала, натурально.

Ага, вот где она была.

— Обзорная палуба отключается от поддержки систем жизнеобеспечения и гравитаторов в первую очередь, — произнес я. — У нас были повреждения в носовой части, пришлось перенаправить ресурсы. Вам повезло, что обошлось без серьезного ранения.

— Да ладно, — махнула Ольга Сергеевна рукой. — Что я, при нулевой гравитации не бывала? Но вот это осевое вращение, ох, кажется меня вывернет снова.

— Противоперегрузочный пакет послу! — немедленно скомандовал я.

— Сидите! — махнула рукой посол на немедленно вскочившего Вову — Да сидите же. Сейчас мне полегчает. Ух… Давно меня так не мотыляло. Со времен службы в орбитальной пехоте такого не припомню.

Ну, да, Ольга Сергеевна у нас человек заслуженный, дама многое повидавшая.

— Я слышала краем уха, что мы победили? — произнесла она, озирая боевую голограмму над моим тактическим столом, изображавшую сияющую в свете звезды голубую Помпею, с отметками в океане мест падения отдельных кораблей вражеской эскадры, или дотлевающие обломки на орбите которые силы гравитации понемногу растаскивали в тонкие узкие орбитальные кольца. Эти обломки ещё лет двести будут выпадать метеоритными дождями.

— Да, мы сегодня отлично поработали, — улыбнулся я. — Мы победили.

— Вот блин, — расстроенно произнесла Ольга Сергеевна. — И что я буду рассказывать по этому поводу моему личному биографу, когда на покое лет через сто буду надиктовывать ему свои мемуары? Что я видела во время исторической битвы над Помпеей? Блевала дальше, чем видела?

— Ну не расстраивайтесь, Ольга Сергеевна, — улыбнулся я. — Это будет наш маленький секрет.

Ну да, серкет на сто примерно человек, уже услышавших эту историю. И посол, конечно, это тоже понимает и не рассчитывает, что история не всплывет, она женщина разумная. И с долей самоиронии. Нда.