Книга Трон галактики будет моим! Книга 4, страница 48 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Выглядело это так, словно они приготовились к бегству с Герберы, заняв единственный широкий выход с планеты. И Виктория о чём-то похожем предупреждала.

Но решать, кто кроме них покинет планету, и в каком порядке, в случае, если Орда покажется на периферии системы, будут только они. Захотят — вообще никого не выпустят, или потребуют отдать всё, что есть за душой, ради подъема на верхнюю станцию…

Конечно, у кого-то из дворян, вроде Виктории, были свои челноки. Но толку от челноков, которые никуда, кроме ближней орбиты улететь не смогут? А прибытие и швартовка спасительных межпланетных транспортников была строго под Церберовыми.

Торговлишка и коммуникации через альтернативные площадки, вроде нашего космодрома, конечно, из-за этой необъявленной блокады весьма оживилась, в городской бюджет потек заметный ручеек средств вырученных от портовых сборов, за аренду складов и перегрузку товаров. Но откатывать ситуацию Церберовы похоже уже не собирались. И выглядело это по прежнему так, что они готовы в любой момент бежать с планеты, бросив все нажитое здесь на произвол судьбы.

Может, у Виктории спросить, что у них там в семье конкретно сейчас происходит? Она может что-то знать, хоть и далеко сейчас.

Но куда Церберовы собрались? На Орхидею? За время общения с тамошним бомондом я понял, что Церберовых там особо не ждут. Ещё дальше? Куда? Нет информации…

Очень, очень явление Орды в систему их напугало.

Оно вообще много кого напугало. Но ещё больше, внезапно, воодушевило.

История со взрывом на Хтони растеклась неудержимым потоком по всем информационным ресурсам нашего сектора галактики.

Ну, а как же, не каждый день в галактике планеты взрывают два десятка безумцев, сцепившихся в неравном бою с непобедимой Ордой…

Ближайшие сподвижники, а также непосредственные участники Отряда Безумие, как прозвали наше сводное боевое формирование имперские инфофлюенсеры, давали блистательные интервью, записывали пронзительные воспоминания и раздавали автографы.

Никого из них я в жизни не видел, конечно же.

Ни в одном инфоповоде имя принца Александра не упоминалось. Ну, вот и славненько… Пока остаюсь под маской рыцаря Александра Иванова.

Но количество родителей у нашей Победы стремительно росло, и я не расстраивался, это замечательно — к хреновому делу самозванцы примазываться не станут.

Один широко известный в узких кругах Второпрестольной нейроваятель создал парную глобалкартину, посвященную нашему деянию. На одной отважный боец имперского десанта разрывает ротородентальную пасть ордынского метаморфа. С Правофланговым этот образ роднили только титанические габариты могучей фигуры, и то, Правофланговый-то помельче будет.

На второй во всепоглощающем взрыве Хтони погибает ордынский крейсер «Стервятник-Хохотун», тоже непередаваемого масштаба и реализма полотно.

Я по случаю вышел на квантовую связь со Второпрестольной, попросил экс-баронессу Мендес прикупить эти изделия интеллектуального труда и переслать мне. Повешу сей диптих в приемной на противоположные стены, друг напротив друга, дабы с порога внушать священный ужас входящим посетителям.

Витольд Олегович, кстати, благополучно вернулся и передал мне привет. Довёз, значит! Не растряс деньжищи.

В общем, я предавался в своем кабинете с видом на вечную пустыню интеллектуальной роскоши стратегических размышлений и разведывательного анализа открытых источников.