Книга Любовь против (не)любви, страница 252 – Салма Кальк

Но — Альбер просто герцог де Линь, просто как-то там смотрит за своими владениями, кажется — не слишком хорошо, потому что его величество Анри всё время недоволен, и как-то даже обращался к госпоже Жийоне, чтоб поговорила с сыном и поставила ему голову на место — так он сказал. Госпожа Жийона вроде даже поговорила…но Альбер только ещё больше озлобился. В том числе и на то, что матушкино приданое ему не досталось — она забрала его и доходы с него для себя, для Марибель и для родившейся вскоре Марго. А там было немало, потому что матушка не только знатна, но и богата. Но ничего, или жизнь научит дурака, или — ничего уже не поделаешь.

Сам же Жиль госпожу Жийону сначала оценил, как сильного мага и здравомыслящую женщину, которая, как оказалось, крепко любит его отца. Отец изменился и воодушевился — он всегда был жизнерадостным и довольным судьбой, а тут прямо лучился счастьем. И только за счастье отца уже можно было восхищаться ею, но — госпожа Жийона интересовалась и им тоже, его занятиями, его успехами и его службой королю. Они много беседовали, так вышло — и эти беседы всегда воодушевляли Жиля. С ней было интересно — её учили не так, как его, и у неё были книги, отсутствовавшие в Ордене Света, которые собрали её — и его, так выходило — предки-некроманты. Он уже и не думал, что сможет узнать о своём даре что-то новое, но — узнал, и всё это — благодаря ей. Госпоже Жийоне. Матушке.

Пожалуй, такой вариант матери — самый лучший, так думал Жиль.

И надеялся на то, что ему тоже, как и отцу, удастся найти себе супругу — одарённого некроманта. Потому что только с тем, кто с тобой одной крови, ты можешь чувствовать себя — собой. Кто поймёт тебя вполне. И в ответ на то, что ты снял сдерживающий свою страшную силу амулет, снимет свой.

Вообще Жиль любил женщин, и женщины любили его. Лет так… с шестнадцати, что ли? С друзьями и сотоварищами в школе было многое обсуждено, и найти, с кем перейти от теории к практике, для одарённого мага любой направленности в Фаро проблемой не было вот ни разу. Правда, двое ближайших друзей смотрели на эти вопросы совершенно по-разному. Фалько Велассио, внук его милости Морского Сокола, с ранней юности был влюблён в Аль, Алиенору де Саваж, она отвечала ему полной взаимностью, и этим двоим не был нужен более никто. А Жанно Саваж-младший наоборот, волочился за всеми и не любил никого. Он умел так посмотреть на девушку, что ту прибивало к нему, словно волной, и даже слов никаких не нужно было. От своего отца научился, тот, говорили, тоже так умел, и пока не встретил госпожу Лику — то и дело пользовался. Жиль тайной такого взгляда так и не овладел, но зато к его услугам были слова — «ну и трепло же ты, Жиль», говорила госпожа Лика — и ещё душа нараспашку. Этот приём он подсмотрел у собственного отца — искренний интерес к той, кого хочешь очаровать и заполучить. Здесь и сейчас, на час или на вечер — но дама должна запомнить эту встречу на всю жизнь. Да оба должны, чего уж. Ради проходного свидания ни о чём и стараться не стоит.

Но — все эти девы и дамы души его и сердца никак не задевали, как и у отца когда-то, до второй встречи с матушкой. Потому что Жиль искал идеал, путеводную звезду, ту, что будет с ним, потому что — это он, именно такой замечательный, каков есть. Правда, на пути поисков его поджидали сплошные разочарования — некроманты женского полу встречались ещё реже, чем мужского. Собственно, ему удалось познакомиться с парой почтенных дам, старше даже, чем его матушка, и ещё он знал двух дев, одну юную, а вторую — совсем юную, но обе они приходились ему сёстрами. Он говорил себе, что путешествия и королевская служба ему в помощь, мало ли, где ещё встречаются некроманты и где ждёт его судьба? Нужно рисковать, отправляться в самые странные места, знакомиться там с людьми — да кто ж знает, где ему улыбнётся удача!