Книга Барышня ищет разгадки, страница 183 – Салма Кальк

Вот это поворот, называется.

— И что же она?

— А она меня прогнала, сказала пойти до соседки Василисы и снести ей зелье, что вчера для неё сварила, да так глянула, что меня ноги всё одно что сами наружу-то и вынесли, и дальше я уже и не слыхала, — с сожалением вздохнула Надежда.

Дальше, очевидно, немного видала и слыхала я, но — в тот момент совершенно ничего не поняла. А вот оно как, оказывается. Ладно, поглядим. Если я что-то понимаю, Варфоломей Аверьяныч нашей Лукерье как раз хорошая пара. И она ему — тоже. Глядишь, и сладится у них.

Я как раз допила чай, когда пришёл вызов Болотникова, и мне было велено скорейшим образом явиться в управу. Что ж, так мы и предполагали. Явлюсь.

Оделась строго и прилично, осмотрела себя в зеркало — я же гожусь для серьёзной работы в губернском магическом управлении? Значит, вперёд.

В приёмной Болотникова не было привычной фигуры — его секретаря Вениамина. Это показалось странным — куда дели? Он казался незыблемой здешней деталью, он был тут всегда, в любое время, когда бы что ни случилось. И дверь в кабинет, обычно распахнутая, сегодня закрыта.

Значит, я просто повешу тулуп и платок на вешалку, и пойду в кабинет.

— Доброе утро, — я оглядела собравшихся мужчин.

— Доброе утро, — кивнул Болотников. — Располагайтесь.

Кроме него, я увидела всех трёх ревизоров, бледного Пантелеева с перевязанной головой и господина Маслова, доверенное лицо губернатора. Села на предложенный стул и сделала вид, что всё хорошо. Эх, отчего же я не связалась с Мишей из дома? Где там они есть-то, все трое?

А вот тут и есть. Не постеснялись, явились прямо в кабинет. Миша первым делом нашёл меня глазами и улыбнулся, его отец дружелюбно мне кивнул, а Иван Алексеевич подошёл и тихо поздоровался.

— Всё ли благополучно? — спросил.

— Со мной да, — улыбнулась я в ответ. — Надеюсь, что и с вами тоже, и с обоими господами Соколовскими.

— Вполне, — кивнул он и уселся возле меня.

Это не укрылось от остальных, на нас смотрели с изрядным любопытством, и в первую очередь Пантелеев. О да, мы не договорились вчера, что будем сообщать здешнему обществу, а с чем погодим. Наверное, пока со всем погодим. Сначала решаем общие проблемы, потом уже устраиваем личные дела.

— Господа, мы собрались, чтобы заслушать отчёт о работе ревизоров из министерства внутренних дел, и после ещё обсудить наши здешние непростые обстоятельства, — сказал Болотников.

— Я вовсе не намерен обсуждать результат моей работы с кем-либо, кроме тех, кто уполномочен господином министром, — сказал, задравши нос, некромант Елистратов.

— Значит, Иннокентий, в бутылку не лезь и говори, что велено, — сурово сказал Севостьян Михайлович. — Я уполномочен господином министром, и я тебе велю — и сам говори, и все прочие чтобы тоже говорили.

Елистратов засопел, зыркнул на Севостьяна Михайловича недобро, но — начал говорить. Оказалось, за три дня он выяснил о нашей с Мишей работе, или даже — о Мишиной работе довольно многое. И конечно же, выходило так, что вроде бы мы и работаем, как подобает, но — недостаточно.

— Выявлены вопиющие случаи, когда ввиду отсутствия и врача, и мага-некроманта посмертный допрос откладывается на неопределённое время или же не производится вовсе, что недопустимо. Не в Сибирске, но в других поселениях губернии. Также выявлены случаи, когда с прорывами нежити приходится бороться местным жителям и немногочисленным магам иной направленности, ввиду отсутствия мага-некроманта. Всё это я отразил в отчёте, и намерен предъявить доклад не только вашему превосходительству, но и Андрею Савельевичу тоже.