Книга Сны Снежной Королевы, страница 44 – Салма Кальк

Снять амулет замёрзшими пальцами удалось не сразу, но – она сунула его в карман куртки.

— Представь кого-нибудь, кого ненавидишь. Декана своего, урода. Сводного брата. Ещё кого-нибудь, у тебя таких в жизни достаточно.

— А… ты?

— А со мной ничего не будет, - покачал он головой.

То есть, Грифон на это надеялся. Некромант он или так, мимо шёл?

Жийона глубоко вдохнула… и раскинула руки. Из них плеснулся наружу мертвенный серебристый свет в виде закрученных в кольца щупалец силы – они на глазах распрямлялись и охватывали тварей, любых – и призрачные фигуры, и серое марево, и колеблющуюся дымку. Охватывали – и рвали, мяли. Втаптывали в снег. Хватали следующих.

Грифон засмотрелся - и подзабыл о защите. Потом понял, собрался, подпитал сеть,  стащил через голову собственный амулет и тоже принялся хлестать щупальцами по серым теням – но его щупальца были короче и толще, такие, для ближнего боя. И до разъярённой Снежной Королевы, которой, наконец-то, дали врага, против которого можно выпустить всю свою силу, ему было как до луны – и всё пешком.

Кстати, луна показалась – и добавила света. Стало лучше видно и каменные монолиты, и заснеженные деревья, и нежить. Только… мерещится, что ли? Или правда ряды редеют?

За спиной Жийона со стоном опустилась прямо в снег. Он сам подсобрался – и снёс последних нападавших, оставив на снегу очередную кучку пепла.

Что? Последних? Правда?

Луна освещала площадку, обильно засыпанную пеплом, и стоящие вокруг монолиты. Осветительные шарики давно погасли, потому что никто их не подпитывал, не до того было. Грифон подумал – и сам опустился на снег. Хотелось закрыть глаза, свернуться, и позволить холоду взять себя. Это у боевиков, он слышал, после боя тело рвёт страшная боль. Некромантов забирает холод. И как боевиков учат терпеть ту боль, так же и некромантов – не сдаваться холоду. И не сдавать ему своих.

— Ты как? – он сам удивился, каким тихим и хриплым оказался голос.

Жийона ничего не говорила, только дышала.

— Не засыпай, поняла?

Она открыла глаза, смотрела невидяще – ох и хреново же ей сейчас, наверное!

Он вдохнул морозный воздух, натянул свалившийся капюшон, поднялся на ноги и потянул её наверх.

— Держись, Снежка, сейчас пойдём домой. Соберёмся с силами и пойдём. Держись за меня, слышишь? Дома тепло.

Она задышала сильнее, со стоном открыла глаза снова – теперь уже глядя более осмысленно.

— Всё? Их больше нет? – прошептала еле слышно.

— Нет. Здесь – нет. И здесь мы не сделаем больше ничего, пора уходить, пока мы это ещё можем. Держись за меня.

Она только дышала, и тогда он взял её руки и закинул к себе на шею.

— Держись, кому говорю?

А потом догадался – и поцеловал её. И поделился крохами силы – сколько смог. И лаской тоже – потому что она невероятная. Закрыл глаза и потянулся к её квартирке на семнадцатом этаже.

Они повалились на пол посреди комнаты – потому что силы кончились у всех и ноги не держали. Но по углам и потолку были развешаны всякие паутинистые и прочие украшения – и они оба разом собрали всё это в себя, потому что это резерв, небольшой, но как же хорошо, что догадались вытворить эту магическую мишуру!

— И вообще, с Новым годом, Снежка, - хрипло усмехнулся он, глядя на весело мигающую ёлку.

И поцеловал её ещё раз.