Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 124 – Салма Кальк

Дома я вполне так сталкивалась с такого рода практикой студентов. Будущие врачи сначала смотрели, как работают специалисты, а потом уже начинали что-то пробовать сами. И не только врачи, как я понимаю, а вообще много кто.

— Ну да, сначала поглядеть, а потом и попробовать, — соглашаются мои друзья.

— Тебе было страшно? — тихонько спрашивает Маруся.

— Ой, было. Когда я поняла, что она неживая. Так-то — девчонка молодая, понимаете, да? Ей бы жить да жить. А она вот так.

— И что, увела с собой своих ближних? Надо же, — качает головой Туся. — Интересно, как это — увести кого-то?

— А ты попробуй, — Стёпка с размаху хлопает её по плечу.

— Как пробовать-то? — у Вари даже глаза разгорелись.

— Никак, — строго говорю я. — Даже и не думайте, понятно?

— А почему? — не соглашается Варя. — Возьмём кого-нибудь и приведём, и тоже будет с нами.

— А потом ты уйдёшь к батьке своему, а они что делать будут? — хмыкает Стёпка.

— Будут как мы сейчас, здешних пугать, — кажется, Варя заинтересовалась, вот ведь!

И как увести её подальше от этой мысли? Только ещё не хватало, чтобы кого-нибудь увели!

— Нет, Варя, нельзя, — Маруся говорит серьёзно и строго. — Мы пока не сделали ничего дурного, никто из нас. А если сделаем — то не видать нам царствия небесного, никогда, понимаете?

— Маруся права, — вторит Верочка.

— Вот, не слушаешь меня — послушай своих, — говорю самым убедительным тоном, на какой сейчас способна.

— Ладно, ладно, — соглашается Варя. — Но к учителю Лининому всё равно не пойду, даже не уговаривайте.

— Ну и не ходи, без тебя справимся и тебе не расскажем, — Стёпка показывает ей язык.

А я понимаю, что устала, очень-очень устала. И кажется, сейчас усну прямо вот здесь, на этой кровати. Но наверное, это неправильно.

— Дорогие мои, я пойду спать. У меня-то уроки с утра, — улыбаюсь им всем. — Но завтра я поговорю с паном Адамом и спрошу про вас.

— Мы будем ждать, — улыбается Маруся мне в ответ.

Мы обнимаемся на прощание, а потом я одним шагом попадаю в спальню, на ощупь раздеваюсь и падаю в кровать. И мгновенно засыпаю.

А просыпаюсь я от крика и ругани. От чего бы хорошего, да?

— Да не знаем мы, откуда она здесь взялась! Когда вчера ложились спать — не было её!

— Нигде не было — ни в столовой, ни в умывальне!

— Правда-правда, не было, дорогая наша Эмилечка Карловна, ну поверьте пожалуйста, мы по правде не знаем!

Я открываю глаза и сажусь на постели. Что устроили-то с утра? Глаза не открываются, спать хочется немилосердно.

— Апрелкова, как ты попала в дом? — строго спрашивает меня злющая Эмилия Карловна. — И главный вход, и чёрный были закрыты на засовы изнутри! Кто тебя пустил? С кем ты договорилась?

Чего? Я как-то очень туго соображаю сегодня.

— Я ни с кем не договаривалась, Эмилия Карловна, честное слово, — и что я ещё ей скажу-то?

— Кого ты покрываешь? Это мальчишки, да? Кто-то из мальчишек? Из старших мальчишек? — такое ощущение, что наша Эмилия с каждым днём всё злее и злее.

— Да почему сразу мальчишек?

— Кто ещё бы смог отодвинуть засов!

Это правда, засовы на обеих дверях у нас хорошие, хозяйские. Их и захочешь — не вдруг отодвинешь. У меня бы сил не хватило, я и не пробовала никогда.

— Нет, Эмилия Карловна, я никого не просила о помощи, — качаю головой, поднимаюсь с кровати.