Онлайн книга «Золотое проклятье»
|
«Ну что, женушка, – говорит, – где Джансис?» «Спит», – отвечаю. «А с каких это пор ты отдала девчонке нашу спальню и сама спишь на кухне?» Я и пикнуть не успела, как он ринулся в спальню – и они оба попались. Что тут началось! Ад кромешный, и только! Он поносил Сарна такими словами, каких я сроду не слыхивала и, дай бог, никогда не услышу. «Заполз-таки, гаденыш, к девке в постель! Но в жены ты ее все равно не получишь!» «Теперь вы не сможете помешать нашей свадьбе, – сказал Сарн. – Нет в мире такой силы, чтобы этому помешать». «Еще как смогу! – ответил Бегилди. – Забыл, что я проклял тебя, наслал на тебя огонь и воду? Забыл, что ты рожден под трехгрошовой планетой и денег тебе не видать? Забыл, что не будет тебе в этом мире счастья и жизнь ты кончишь утопленником? Забыл?» «Мне жаль вас, жаль, когда ученый человек вроде вас так заблуждается, – сказал ему Сарн. – Знайте же: урожай убран, теперь я богач!» «Тоже мне богач! Да молодой сквайр в десять, в сто раз богаче тебя! У него карманы лопаются от французских денег! – крикнул Бегилди. – Я не отдам тебе мою дочь, Сарн». «Я уже взял ее, разве это не ясно?» – очень спокойно ответил Сарн. И тут Бегилди окончательно рассвирепел. Схватил бландербас – ты знаешь, короткое ружье, он держит его у окна, отгоняет лисиц, – схватил, как дубину, прикладом кверху, и бросился на твоего брата. — Господи помилуй! — И не говори, Пру Сарн. Я в крик, Джансис тоже! Забегаю в спальню – до этого слушала все из кухни, не хотела смущать Сарна, на нем ведь была только ночная рубашка… Ну, сложен-то он дай бог каждому, но кому охота предстать в таком виде? В общем, забегаю я в спальню и вижу, что Сарн сшиб с ног моего муженька и тот бревном лежит на полу. И поделом ему, сам напросился! Проклятый Бегилди, упрямый дурак, да еще и злопамятный! Спроси, отчего он так взъелся на Сарна? А я скажу тебе: всё из-за той несчастной кроны, которую затребовал с него твой отец, когда Бегилди вбил себе в голову, будто это не долг, а подарок. Господи! Хоть он и муж мне, я его осуждаю – только очень дурной человек будет годами думать о мести. Как бы то ни было, Сарн уложил его одним ударом. «Возьмите его за ноги, матушка, – распорядился он, – отнесем его на кухню. Жив он или мертв, с меня на сегодня довольно, никто не смеет тревожить меня этой ночью». Да, так и сказал: «Пусть завтра меня повесят, но нынче ночью я никому не позволю меня беспокоить». В этом весь твой брат: ледяное спокойствие, замерзшее озеро, но ежели всколыхнешь его – берегись! Я обмыла лицо мужа холодной водой и влила ему в рот глоток спиртного. Через какое-то время он пришел в себя, но я заранее приняла меры – привязала его к кровати. Он изо всех сил пытался вырваться, однако веревка не подвела, к тому же я то и дело давала ему хлебнуть, и мало-помалу он присмирел, а потом и уснул. Наутро твой брат ушел, и я развязала Бегилди. Когда он проснулся, я спросила его, почему он вернулся так скоро. Худые вести не лежат на месте, а он пока еще не глухой, ответил мне Бегилди: не успел он пройти в сторону гор всего-то до Маллардовой башни, как повстречал человека, который сказал, что Сарн ночует в нашем доме. Люди вечно суют свой нос куда не просят! Делать нечего, я накрыла на стол, и после завтрака он ушел. Тихо, как будто ничего не случилось. Вот я и подумала, надо предостеречь вас: в своей тихой злобе он способен на все! |