Книга Я вернусь в твою жизнь, страница 59 – Маша Малиновская

Чёрта с два я позволю ему коснуться её.

Собираюсь и выхожу на улицу. Райончик тут не такой элитный, как тот, где я жил раньше, но зато есть милые бабушки-соседки.

— Твоя это штуковина, Семён? — спрашивает Андреевна. Её дети поближе перевезли, чтобы за внучатами присматривала, а сами на море укатили в бархатный сезон, вот и скучает она уже вторую неделю. Да так, что мне пельменей домашних принесла пакет целый в благодарность за снятую с дерева кошку.

Она кивает на припаркованный под деревьями порш. Старый добрый Бамблби, как когда-то его прозвала Василина. Не по статусу была мне цветная мажористая тачка, и я отдал её на хранение хорошему приятелю в Ростове. Он сам машинами увлекается, сеть целую сервисных открыл там в городе, полосатика моего хорошо сберёг — ухаживал.

— Моя, — улыбаюсь Андреевне и подмигиваю. — Прокатить?

— Совсем, что ли, — смеётся она по-доброму. — Смотри, щегол какой.

Она машет в мою сторону рукой, дескать да ну тебя, а я тоже ржу в ответ. Картина маслом бы была.

Когда приезжаю к своим девочкам, то застаю их в состоянии войны практически. У Насти нижняя губа дрожит, а у Василины вот-вот глаз задёргается.

Кое-как удаётся ситуацию уравновесить, и тут ветрянка Насти играет мне на руку. Адамовна, конечно, закипает, когда я ставлю ей точки на лице, а потом даже пытается лишить меня глаза в ответ.

Но срабатывает. Она с мученическим видом соглашается посмотреть “Хорошего динозавра” в полном семейном составе и отписывается Кортесу, что дрочить ему сегодня в душе в одиночестве.

— Настя, твой любимый клубничный топпинг для мороженого закончился. И карамельный, кстати, тоже, — сообщает Василина, выставляя на стол три мороженицы. — Могу предложить всё то же вишнёвое варенье.

— Я хочу клубничный топпинг, — капризничает мелкая, вкусившая уже сегодня командование взрослыми.

— Тогда вам с папой придётся за ним сходить. Я разрисованная никуда не пойду, — Адамовна поворачивается и ставит руки в бока.

Блин, кажется, у неё грудь стала больше. Ну точно, да. И на бёдрах чуть округлость появилась. Неужели, есть стала нормально наконец? Мне нравится…

Усилием воли отвожу от Адамовны глаза. Мне, похоже, топать сейчас с Настей в магазин, не хотелось бы делать это со стояком.

— Ну одевайся, принцесса, — встаю с дивана. — Топпинг, значит, топпинг.

— А ты не стесняешься идти с зелёным глазом?

Если только чуть-чуть, но я вроде как перед дочкой должен быть сильным и смелым, да?

— Да пофиг мне, — отмахиваюсь и тут же прикусываю язык, ошпаренный строгим взглядом Василины. Приходится исправиться: — Ну то есть всё равно мне. Короче, одевайся.

Настя убегает и через три минуты уже выскакивает из своей комнаты в другом платье. Оказывается, женщины умеют быстро переодеваться. Главное тут — мотивация. В данном случае топпинг. Ну или отца потроллить, отслеживая, как на него, всего измазанного в зелёнку, пялятся прохожие. А у Насти есть такая жилка. Интересно, от кого же она?

Оставляя Василину дома, мы с мелкой идём в магазин. Как раз через тот самый парк, где её любимые качели и горки, а сейчас и большая, ритмично дрыгающаяся надувная зайчиха-батут. Дети там сконцентрированы в неперечётном количестве. Шум стоит, гам, кассир батута только и успевает обилечивать и громко сообщать, чьё время вышло. Чуть поодаль какой-то парень наворачивает сладкую вату, а рядом мамки пытаются утянуть отпрыгавших своё время ревущих детей.