Книга Тайга заберет тебя, страница 116 – Александра Косталь

— Ты что, мертвая? – не выдержала Варя, когда поняла, что почти не чувствует пальцев.

— Что?

Елена Федоровна даже остановилась, непонимающе глядя через плечо, так что девушка налетела на нее, не успев затормозить. Та смущенно пожала плечами.

— Холодная, – заявила она, поднимая связку их рук на уровень глаз.

Учительница осуждающе покачала головой, без слов говоря, что сейчас не до этого. Однако все равно пояснила:

— Холод – моя родина. Я хорошо акклиматизируюсь и не замечаю. Пойдем, на подобное нет времени!

Варя подозрительно прищурилась, но двинулась следом, продолжая сверлить ее макушку, завернутую в шерстяной платок. У нее начали закрадываться сомнения, куда на самом деле ее ведет Елена Федоровна. Не на верную ли смерть, где ей ничего не будет, а сама девушка замерзнет насмерть?

Она действовала ужасно опрометчиво, но другого выхода не видела: очереди из тех, кто мог провести ее к Бауш, не было.

Провести к Славе. Это сейчас было первостепенно.

Тайга спала, но даже во время сна не стихали ее обитатели. Ветер колыхал верхушки деревьев, под снегом слышалось шуршание мыши, прокладывающей себе ход, где-то то замолкала, то ухала сова. Варя с Еленой Федоровной звучали непозволительно громко, топая по сугробам и ругаясь, когда ноги проваливались по колено. Они не переговаривались, но даже по сбитому дыханию учительница понимала, что спутница устала, и иногда застывала, давая передышку.

Ей же казалось, что луна катится по горизонту, и сколько бы они ни шли, догнать у них не выйдет. Ее свет проникал сквозь ветки, отбрасывающие ужасающие тени, и Варя вздрагивала каждый раз, когда одна из них двигалась, прогибаясь под весом ночной птицы.

Черт, как же холодно! Это была третья по популярности мысль в голове после «Я убью всех, кто тронет Славу» и «Занесло же людей жить в такую глушь, ни пройти ни проехать». Она без перерыва терла щеки, и хотя под шапкой уже намокли от пота волосы, пока они проходили полосу с препятствиями, кожу все равно щипало до боли, будто кто-то в самом деле отщипывал от них по кусочку.

Елене Федоровне было все равно – она шла, как танк, не замечая никаких препятствий или погодных условий. Казалось, появись перед ней дерево, она и сквозь него пройдет, да затопчет напоследок, чтобы другим не мешало. Варя шагала в уже проделанные ее ногами следы, и унты почти не зачерпывали снег, в то время как учительница была ее ледоколом, прокладывающим путь даже там, где его и быть не могло.

Глаза уставали от приглушенного света, и она отчаянно терла и их. А еще ужасно хотелось спать, и от этой мысли становилось настолько страшно, что она шагала активнее, пытаясь проснуться. Те, кто умирают от холода, засыпают. А этого Варя себе позволить не могла.

Ей еще Славу вытаскивать, какая смерть?

Наконец вдалеке мелькнуло что-то светлое. Оказалось плохо видно между деревьями, но это что-то точно было теплым – кожа на лице ощущала, как воздух вокруг нагревается. Хотя, возможно, именно так отмерзают ткани.

Она снова ощупала щеки, но сразу же о них забыла, понимая, что за свет перед ними. Полоса огня пересекала их путь и уходила так далеко, что Варя сомневалась, можно ли ее обойти вовсе.

То был пожар.

Тайгу поглощало пламя.

— Что… Что это значит? – тихо поразилась Варя и ощутила, как в горле начинает першить от едкого дыма. Пришлось спрятать нос в ворот куртки. – Это что, пожар? Зимой?