Книга Свято место, страница 95 – Тем Гарценштейн

— Ты такая бледная. – Голос его словно исходил со всех сторон, множился и эхом отражался в ее голове.

Он встал, и стул тут же исчез.

— Нездоровится?

Она, не моргая, смотрела, как человек приближается, садится на корточки рядом с ней. Ее отражение застыло в его черных зрачках.

— О, милая, боль надо терпеть. – Холодные пальцы коснулись ее щеки.

Гретхен шумно втянула воздух и, задрожав, заплакала. Человек бережно гладил ее по лицу, а потом, чуть привстав, осторожно поцеловал ее в висок. Гретхен всхлипнула и, шмыгнув носом, закусила губы.

Пожалуйста. Он должен уйти.

* * *

Флориан пребывал в странном состоянии дремоты, когда тело расслаблено, но все чувства сфокусированы на возможной угрозе. Сон параноика. И он услышал шорох. Поднял веки и с шумом втянул пыльный воздух.

Гретхен стояла у стола, сжимая в руке его нож. Острие она направила себе в глаз.

Быстро вскочив, Флориан резким ударом выбил у нее оружие и, развернув к себе, вцепился пальцами в дрожащие плечи.

— Какого дьявола?!

Вряд ли она таким радикальным способом решила убрать из глаза соринку. Агнет рассказывала, что из-за сильной боли могут возникать галлюцинации или другие проблемы с головой.

Флориан обхватил ладонями и осмотрел мокрое от слез, изуродованное ужасом лицо Гретхен.

— Что ты видишь?

Ее глаза чуть расширились. Она провела пальцем по ране, которая снова сильно кровила. Понимая, что она собирается делать, Флориан качнул головой, но Гретхен уже наклонилась и написала пальцем на деревянном столе: «густ».

Бессильно опустила руку. Снова зарыдала.

Флориан крепко сжал зубы. Смотря в испуганные глаза, сказал:

— Он тебя не достанет. Слово даю.

Уголки рта Гретхен печально дрогнули.

* * *

Конь мирно стоял у порога и с любопытством смотрел на хозяина блестящими черными глазами.

— Надо поспешить, – сказал Флориан, поправляя седло.

Сам бы он добрался до Граниканта за пару часов, но сейчас у него была ноша и…

Он бросил взгляд на Гретхен. Она сидела на ступеньках, прикрыв глаза. Кажется, ей все же удалось немного поспать, Флориан не знал точно, но времени на отдых больше не было.

— Дорога вряд ли окажется приятной.

Он усадил ее на коня. Чуть раньше, как мог, перевязал рану чистым полотенцем и обмотал волосы бечевкой, чтобы во время скачки не мешали.

Флориан забрался на коня и, просунув руки под ее руками, взялся за поводья.

Вначале, пока они пересекали ферму, жеребец ехал неторопливо, и Флориан внимательно искал глазами ориентиры. Путь лежал вдоль небольшого леса. Комиссар старался ни о чем не думать, только сосредоточиться на дороге. Гретхен была горячей и сонно жмурила глаза, устало падая ему на руки.

— Знаю, ты бы сейчас пошутила про то, как прекрасно мы проводим время, но побереги свою навязчивость до более приятного момента.

Флориан боялся, что спирта в настойке недостаточно, и началось заражение. Он не был врачом и опирался исключительно на опыт и чутье.

Дорога свернула, огибая лес, и конь дернулся, пугливо отпрыгнув в сторону. Флориан с силой натянул поводья и торопливо ухватил Гретхен левой рукой, чтобы она, заскользив, не рухнула.

Перед ними, подняв длинные уши, сидел коричневый заяц. Длинные лапы, белый хвост, глаза с чайным отблеском. Флориан бросил гневный взгляд на коня.

— Серьезно?