Книга Сегодня я слишком занята, страница 78 – Кан Ривон

Значит, под «долгом» она имела в виду что-то другое.

«В таком случае… остается только одно».

Единственное выполнение долга, которого Изабель ждала от меня, заключалось в том, чтобы спасти дом от разорения и предоставить финансовую поддержку. Она считала моей прямой обязанностью помощь возрождению и процветанию рода. Подтверждением тому стал ее недавний визит во дворец, когда она прямо потребовала этого от меня.

Но она заблуждалась. Это не было моим долгом.

«Все это было лишь моей глупой инициативой».

Я больше не совершу этой ошибки. Размышляя об этом, я продолжала наблюдать за ними и вскоре услышала мягкий, почти ласковый голос Изабель – похоже, она пыталась уговорить сына.

— Херейс…

— …

— Из дома виконта Прэтта пришло письмо: они больше не могут нам помогать. Если мы не выстоим сейчас, для нас все будет кончено! Мы должны любой ценой вернуть Эйлин, – настаивала Изабель.

Мое возвращение не отменило бы долгов герцогского дома по щелчку пальцев. Однако Изабель рассуждала так, будто я универсальное средство от всех бед и одного моего присутствия в доме хватит, чтобы долги закрылись сами собой. Она воспринимала это как нечто естественное, потому что раньше я именно так себя и вела. Стоило ей заикнуться о нуждах семьи, как я, не задавая вопросов, мчалась на выручку. Сейчас, оглядываясь назад, я не могла поверить, что была настолько глупой и беспечной.

— После возвращения супруги проблемы не исчезнут, – возразил Херейс.

— Что вы хотите этим сказать?

На лице Изабель отразилось крайнее недоумение. В этот момент даже мне, наблюдавшей со стороны, захотелось прочистить горло от охватившего чувства абсурда.

— Тогда это была плата за нежеланный брак, – продолжил Херейс.

Цена этого союза заключалась в полном погашении всех долгов герцогского дома, накопленных до свадьбы. И условие это уже было выполнено.

Изабель, и глазом не моргнув, ответила:

— Это была лишь малая часть того, что мы должны были получить.

— Матушка…

Но Изабель заговорила еще тверже, не давая Херейсу вставить ни слова:

— Я согласилась на этот союз только ради выгоды! В противном случае я бы никогда не признала его!

После этих слов Херейс замолчал. По сути, если верить Изабель, она «продала» мне собственного сына в счет уплаты долгов. Это был плевок в его сторону, но, похоже, она сама этого не осознавала. Как можно признавать одно и быть настолько слепой к другому?

— Я-то думала, от нее будет хоть какая-то польза… – Изабель выплеснула раздражение, недовольная тем, что не получила все и сразу.

То ли она не высказала все, что хотела, то ли ее не смущало тягостное молчание сына, но Изабель не унималась:

— Я рассчитывала, что после брака с принцессой мы получим монополию на ведение дел под покровительством императорской семьи или хотя бы разрешения на добычу…

По спине пробежали мурашки. Все, о чем упомянула Изабель, я уже предоставила им в прошлой жизни. Чтобы стабилизировать положение герцогского дома, я добилась для них монопольных прав на импорт и экспорт товаров, находившихся в распоряжении империи, и выхлопотала доступ к прибыльным шахтам. Благодаря этим мерам род Херейса вскоре окреп и забыл о нужде. А позже, обретя богатство и власть, они отплатили нам с Луисом предательским ножом в спину.