Книга Сегодня я слишком занята, страница 23 – Кан Ривон

— Бардак. – Это слово вырвалось само.

Изабель меня ненавидела. Она была самой ярой противницей нашего с Херейсом брака. Поначалу ее враждебность проявлялась в завуалированных насмешках, но со временем она стала действовать в открытую. Однако каждый раз, когда у Изабель возникали проблемы, за помощью она приходила именно ко мне. Что ж, должно быть, эта женщина просто была хитрой, а я – удобной. Ведь даже после всех ее выходок я по глупости продолжала помогать. Теперь я отлично понимала, почему Эмиль и Оливия, глядя на это все, так злились и ругали меня.

«Но сколько бы ни бранили, они были правы от начала до конца».

Я лишь все усложняла и причиняла боль тем, кто за меня переживал и по-настоящему обо мне заботился.

«Поэтому теперь я так не поступлю».

Никогда. И ни за что.

Я больше не стану глупить. Не позволю Изабель пользоваться мной и не дам Херейсу водить меня за нос. В прошлой жизни он ударил по мне и Луису богатством, которое я сама же помогла ему накопить. Зная, чем это кончилось, я не имею права снова оказывать этому дому финансовую помощь. Я разберу все, что в прошлой жизни принесла герцогскому роду. Никаких средств на грядущий мятеж они от меня не получат. Не видать им никакой поддержки, ни в каком виде.

Глядя на счетные книги, настолько хаотичные, что проблема могла всплыть где угодно, я твердо заявила:

— Тут уже ничем не поможешь.

— Но, госпожа… – жалобно произнес Альберт, пытаясь меня переубедить.

Наверняка он рассчитывал, что я снова все улажу. Но единственное, что я могу ему дать, – это совет: если хотят спасти род, пусть наконец придут в себя. Впрочем, чем крепче герцогский дом будет держаться на ногах, тем опаснее это для меня и Луиса. Но, в конце концов, былого величия им все равно не видать, как бы они ни дергались.

— Если он не в состоянии выдержать даже это… значит, герцогскому дому пора бы исчезнуть, – холодно отрезала я.

Падение рода, неспособного нести ответственность за себя и свои земли, столь же естественно, как и законы матери-природы. Дворянство определяется не одним лишь титулом.

— Имей в виду, что никакой дальнейшей поддержки не будет. Если кто-то спросит, передай именно так.

— Г-госпожа!..

Под «кем-то» я подразумевала и Херейса, и Изабель. Пусть доложит как есть. Альберт, заметно растерявшись, в отчаянии попытался было окликнуть меня, но это было бесполезно.

— Можешь идти.

— Госпожа… – вновь произнес Альберт, пытаясь удержать меня.

Но ничего бы не изменилось.

— Ступай.

Когда я повторила это твердым голосом, Альберт на мгновение заколебался, но все же, не имея выбора, удалился.

После его ухода в комнате повисла странная тишина – напряженная до предела. Служанки явно нервничали, считывая мое настроение. Я вдруг переменилась, и они не понимали, чего ждать.

— Всем выйти.

— Да, госпожа.

Служанки ушли, и в комнате остались только мы с Эмиль. Слово «всем», конечно же, ее не касалось – она это поняла без лишних объяснений.

— Фух…

Я устала. Глядя со стороны на то, что устроила своими руками, я понимала ужас всей ситуации.

Герцогский дом на грани краха. Муж, которому я не нужна и безразлична. Муж, который через пять лет после свадьбы поднимет мятеж. И вдобавок Изабель – расточительная и жестокая свекровь, превратившая мою жизнь в ад. Условия были хуже некуда, и самое страшное, что я пришла сюда сама и помогла всему этому случиться.