Книга Наследник иллюзий, страница 71 – Мэделин Тейлор

Я бешено дергаю ногами, пытаясь вынырнуть на поверхность, однако она маячит где-то наверху. Словно другой мир, до которого мне никак не дотянуться. Я царапаю его руку, изо всех сил впиваясь ногтями в плоть.

Он рывком поднимает меня за волосы, и я делаю судорожный вдох, пошире открывая рот, чтобы набрать как можно больше воздуха.

В груди болезненно ноет, из глаз капают слезы, смешиваясь с грязной озерной водой, стекающей по моей коже. Я инстинктивно цепляюсь за его запястье, стараясь хоть немного ослабить хватку на волосах, потому что кожа головы уже вопит от боли.

Мне хочется позвать Бела, умолять его о помощи, но для этого не хватает дыхания.

— Выродок, – шепчет в ухо грубый голос. – Следовало сделать это еще в ту ночь, когда твоя потаскуха-мать произвела тебя на свет. Сдохни, мерзкая тварь!

Вода вновь смыкается надо мной, и я снова оказываюсь в ее толще.

Нет. Нет. Нет!

Я кричу от ярости, и вода затекает в рот. Какой-то отдаленной частью сознания я узнаю этот голос, понимаю смысл его слов.

Точно знаю, чья рука пытается меня утопить.

Мои ноги все еще дергаются, но уже с меньшей силой. В ноющих мышцах скапливается усталость. Я всегда считала, что вода может погасить любое пламя, однако собравшийся в легких жар сжигает меня изнутри. Моя хватка на его запястье постепенно слабеет, пальцы разжимаются, и рука падает в воду. Мне бы снова потянуться к нему, но туман в голове не дает нормально думать.

Искушение наполнить легкие воздухом становится нестерпимым.

Больше не в силах сопротивляться, я поддаюсь этому глубокому, всепоглощающему желанию.

Я вдыхаю воду, потом выдыхаю.

Это все равно что дышать воздухом, только более тяжелым. Огонь внутри меня наконец-то угасает, и я искривляю губы в легком подобии улыбки.

Удерживающая меня рука внезапно исчезает, но вместо того, чтобы вынырнуть на поверхность, я погружаюсь в глубину. Вода принимает меня в свои холодные объятия, как будто мне здесь самое место. А может, так и есть? Теперь, перестав дергаться, я вижу проплывающих вдалеке рыбок, радужная чешуя которых красиво переливается в свете солнца.

Веки все тяжелеют и тяжелеют. Я пытаюсь держать глаза открытыми, но меня неудержимо тянет в сон. Если Клара увидит, что я задремала, то станет ругаться. По ее словам, в десять лет уже не положено спать днем. Однако Кларе и в голову не придет искать меня здесь. Это идеальное место для укрытия.

В воду падает что-то большое, и темная фигура направляется ко мне. Когда она приближается, я узнаю лицо брата. Миг спустя у меня закрываются глаза. Бел тянет ко мне руку, однако мрачный шепоток уверяет, что он опоздал.

Меня уже нет.

Я подскакиваю на кровати, отчаянно хватая ртом воздух, которого так не хватало во сне.

Вот он, мой изначальный страх.

Первый навязчивый кошмар.

Я замечаю свое смутное отражение в зеркале на другом конце комнаты. Грудь под белой ночной рубашкой тяжело вздымается, а растрепанные пряди спадают на лицо. Глядя в свои янтарные глаза, я привычно убеждаю себя:

— Это просто кошмар.

Вовсе нет.

— Прошлое не может настичь меня здесь, в настоящем.

Еще как может.

— Это был последний раз.

Нет, это никогда не закончится.

Одним из преимуществ Низины является приближенность к воде. Гуляющий по району прохладный ветерок приносит с собой соленый запах рыбного рынка. Солнце застенчиво выглядывает из-за горизонта, играя на морской глади розовыми и оранжевыми бликами. Они тянутся к побережью, но так его и не достигают.