Книга Наследник иллюзий, страница 165 – Мэделин Тейлор

— Ты меня не знаешь.

Он мрачно смеется.

— Еще как знаю, Ангел.

— Вовсе нет, если думаешь, что я хочу здесь остаться.

— Тогда почему ты не сопротивлялась, когда тот мужчина избивал тебя? – спрашивает Торн, подходя на шаг ближе.

Отвечать я не собираюсь. Вместо этого разворачиваюсь, стремясь укрыться от его взгляда, и возвращаюсь за туалетный столик. Тихий голосок в глубине сознания предостерегает не придавать слишком большого значения его намекам – неизвестно, что там можно обнаружить.

Я снова беру расческу и начинаю расчесывать волосы, как будто его здесь нет.

— Очевидно, тем вечером мы совершили ошибку, и не думай, что случившееся между нами дает тебе право вмешиваться в мою жизнь. – Я смотрю на него через отражение в зеркале. – Раньше тебя мои проблемы не волновали.

Торн стоит, прислонившись к балконной двери и сложив руки на груди.

— Ты же знаешь, что это неправда.

— Правда! – Я провожу расческой по огненным волосам, морщась каждый раз, когда натыкаюсь на колтуны. – Сейчас тебе не все равно, потому что я единственная во всем мире способна выносить твои прикосновения!

На лице Торна отражается неподдельная обида, и при виде этого у меня внутри все переворачивается. Мне тут же хочется запихнуть слова обратно в рот и никогда не выпускать их наружу.

Отложив расческу, я поворачиваюсь к нему.

— Торн, я…

— Хочу прояснить одну вещь, если ты еще не поняла, – произносит он низким, ровным тоном. – Я хотел тебя с того самого момента, как впервые увидел. – Потрясенная его признанием, я шире раскрываю глаза, но Торн уже продолжает: – Нет, даже раньше. С тех пор, как ты метнула мне в голову первый нож. Поэтому случившееся между нами – это не ошибка, – качает он головой. – Ты желала этого так же долго, как и я.

Я хочу поспорить, опровергнуть его заявление, однако не могу заставить себя солгать в ответ на его откровенность.

— И чтобы до конца устранить все недопонимания… я никогда никого не желал так, как тебя. До нашей встречи я рассматривал свою… – он замолкает, подыскивая подходящее слово, – особенность как настоящий дар. Даже считал себя лучше других, потому что это не давало мне отвлекаться на незначительные интрижки. – Торн мрачно усмехается. – Для меня это не было помехой, пока не появилась ты. Но несмотря на все это, я бы отказался от возможности прикасаться к тебе, если бы таким образом мог вернуть тебе свободу.

Слезы застилают мне глаза. Никто никогда не говорил мне таких слов, даже Бэйлор. Гнев вдруг начинает угасать, ускользает сквозь пальцы, как бы я ни пыталась удержать его.

— Я не какое-то беспомощное создание, которое нужно спасать.

— Слово «беспомощное» вообще не про тебя, – мягко произносит он. – Но порой всем нам нужна помощь.

Тихий голосок в глубине сознания нашептывает мне, что он, возможно, прав. Что плохого в том, если кто-то будет присматривать за мной так же, как я присматриваю за другими? Если кто-то отыщет меня в темноте, станет моим щитом? Кто-то, на кого можно положиться. Поверить. Довериться.

Вот было бы здорово.

Но я по опыту знаю, что все эти милые слова не более чем ложь. Даже если я позволю себе по-настоящему поверить, что небезразлична ему, рано или поздно уличу его в притворстве.

Я закрываю глаза, не в силах вынести мольбу в его взгляде.