Книга Наследник иллюзий, страница 153 – Мэделин Тейлор

Едва перчатка падает на землю, как наши руки соприкасаются, кожа к коже. Почему-то я всегда считала, что бог Смерти должен быть холодным, но нет, его ладонь довольно теплая. Секунды бегут одна за другой, а мы терпеливо ждем, удастся ли наша затея или станет роковой ошибкой.

— Тебе больно? – шепчет Торн.

Я качаю головой, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Слышит ли он его биение?

Торн так сильно стискивает челюсти, что они, кажется, вот-вот треснут.

— Скажи это вслух, Ангел, – произносит он с явным напряжением. – Тебе больно?

И впервые в жизни я говорю чистую правду:

— Нет.

Ведомая инстинктами, я поднимаю его руку и подношу к своему лицу. Торн издает гортанный звук, но я не обращаю внимания. Лишь прижимаюсь щекой к его ладони, поражаясь ее мягкости, и по телу с ног до головы пробегает дрожь.

— Не надо, – умоляю я, когда Торн пытается отстраниться.

Я медленно убираю свои руки и опускаю их по бокам, пристально глядя на него. Теперь пусть сам принимает решение. Торн цепенеет, как будто боится, что одно неверное движение может все испортить.

— Прикоснись ко мне, – шепчу я.

Он удивленно приоткрывает рот. Поколебавшись лишь мгновение, начинает нежно поглаживать пальцами мою скулу, вызывая легкое покалывание на коже. Торн стирает что-то влажное, и я только сейчас осознаю, что плачу. Он останавливается и вопросительно смотрит на меня.

— Продолжай, – киваю я. – Прошу тебя. Это идеально.

Воодушевленный моими словами, Торн прикасается ко мне более уверенно. Он скользит пальцами к моему рту и обводит дугообразный контур верхней губы. Выглядит таким сосредоточенным, как будто полностью поглощен этим действом. Тело пронизывает дрожь, и не могу ее унять.

Торн снова ловит мой взгляд, но теперь в его глазах горит пламя. Мгновение спустя он меняет нас местами и припирает меня к стене. Невинные прикосновения сменяются более порочными, пронизанными страстью, и внутри меня разгорается желание. Я нетерпеливо притягиваю его еще ближе, ощущая сквозь одежду его возбуждение – неоспоримое свидетельство этого прижимается к моему бедру. Торн касается своим лбом моего и смотрит на меня со смесью плотской жажды и благоговения. Схватив мою ногу, он обвивает ее вокруг своей талии, чтобы придвинуться еще ближе ко мне.

Он покрывает мои щеки легкими, будто перышко, поцелуями, и что-то внутри меня раскалывается на тысячу кусочков. Его касания настолько нежные, что к глазам снова подступают слезы. Он скользит губами по моей коже, потом тянется к губам, и мы застываем на несколько секунд, нос к носу, вдыхая один и тот же воздух.

— Не хочу тебя отпускать, – хрипло признается он. – Вдруг это всего лишь сон?

— И часто я тебе снюсь?

— Каждую ночь.

В его глазах читается такая искренность, что я решаюсь попросить:

— Не останавливайся. Пожалуйста, продолжай.

Не колеблясь ни секунды, Торн подается вперед и приникает к моим губам, нежно касается их, даря мне самый сладкий на свете поцелуй. Но я, охваченная желанием, хочу большего. Я прикусываю его нижнюю губу, а потом провожу по ней языком, умоляя пойти дальше.

Торн тут же подчиняется. Он врывается языком мне в рот, пробуя на вкус, и сильнее прижимает меня к стене. Поцелуй становится таким жадным, отчаянным. Я обхватываю его бедро другой ногой, и Торн вжимается в меня, отчего томление в животе лишь усиливается.