Книга Наследник иллюзий, страница 151 – Мэделин Тейлор

Дрожащими руками я переворачиваю обмякшее тело Торна на спину, и при виде его раны огонь в моей крови превращается в лед. Из неровного пореза на горле хлещет кровь, пропитывая рубашку.

— Нет, – выдыхаю я. И застываю от страха, не в силах ни двигаться, ни связно мыслить.

Слабая. Бесполезная.

Нет. Нет, я смогу ему помочь. Должна помочь.

— Нужно надавить, – киваю я самой себе и тянусь дрожащими руками к его шее. – Просто надавить на рану.

Кожа скользит под моими пальцами. Крови слишком много. Сколько может потерять человек? Когда-то я знала об этом, но сейчас все забылось, исчезло.

— Пожалуйста, – молю я Творцов Судеб. – Не дайте ему умереть. Спасите его.

И кажется, они слышат мои молитвы, потому что Торн открывает глаза и мгновенно ловит мой взгляд. Его губы изгибаются в мягкой, довольной улыбке. И он выглядит почти умиротворенным… пока не опускает взгляд. Когда он видит, что я прижимаю руки к его оголенной шее, на лице Торна отражается ужас.

— Что такое? – спрашиваю я, осматривая переулок в поисках новой угрозы. – Что не так?

— Отойди от меня, – настаивает он, вкладывая в эти слова всю свою мощь. – Сейчас же!

От такого отношения во мне вспыхивает боль, резкая и сокрушительная, однако она быстро утихает, едва я осознаю, в чем дело. Я смотрю на свои руки, прижатые к его обнаженной шее.

Я прикасаюсь к Торну.

К самому богу Смерти.

Я резко, словно обжегшись, отдергиваю пальцы от его кожи.

— Прости, не подумала! – выпаливаю я.

— С тобой все хорошо?

Торн садится и затянутой в перчатку рукой инстинктивно тянется ко мне, но лишь бормочет проклятие и опускает ее.

Я разглядываю собственные ладони в ожидании каких-то последствий. Они загорятся или случится еще что-нибудь столь же ужасное? В голове творится хаос, из которого невозможно выцепить ни одной рациональной мысли. Неужели я сейчас умру? Тут же вспоминаю кричащего в агонии лорда Берджесса, и по телу прокатывается новая волна ужаса.

— Все плохо, да? Прости, Айви. – Торн беспомощно проводит пальцами по волосам, теребя иссиня-черные пряди. Его взгляд умоляет меня держаться. – Проклятье! Мне так жаль.

Сердце бешено колотится в груди. Пытаясь успокоиться, я глубоко вдыхаю через нос, задерживаю воздух в легких на пять секунд и выдыхаю через рот. Повторяю это упражнение еще несколько раз, не отрывая глаз от шеи Торна. Кровотечение заметно замедляется, а значит, рана начинает затягиваться. Мое дыхание постепенно выравнивается, и вдруг осознаю, что на самом деле Торну ничего не угрожало. Несмотря на ужасающую рану, для бога она была не смертельна. Просто я от вида его крови совсем потеряла голову.

На меня накатывает облегчение, и с сердца спадает огромная тяжесть. Торн выживет.

А я?

Я зажмуриваюсь, ожидая, что меня вот-вот пронзит ужасная боль от прикосновения Смерти. Беспомощность почти парализует меня. Секунды летят, превращаясь в минуты, но… ничего не происходит.

— Айви! – умоляюще зовет Торн. Судя по его встревоженному тону, он обращается ко мне уже не в первый раз. – Ангел, прошу, посмотри на меня.

Я приоткрываю один глаз и смотрю на красные пятна, размазанные на щеке Торна, – последствия этого ночного кошмара. На фоне его необычайно бледной кожи кровь слишком бросается в глаза. Он весь напряжен, кулаки прижаты к бокам. От обычного самодовольства не осталось и следа. Его сменяет неприкрытый ужас, который плещется во взгляде.