Книга Худшая адептка, или посмотрим, кто кого, дракон!, страница 47 – Эйрена Космос, София Руд

— Я твой наставник. Это мой долг. А ты, прими старую форму и проверь еще раз округу. Потом сразу ко мне, чтобы никто тебя не заметил, — велит хладу Мор, и тот фыркнув, подчиняется.

Взмахивает крыльями, и от него исходит такая волна, что я не удерживаюсь на все еще слабых ногах и падаю.

— А говорила, что можешь идти — журит Мор.

— Могу, — смело замечаю я, а затем спешу отвлечь любым разговором. Допустим, надо узнать, что за странности творятся с хладокрылом.

— У некромантов тоже бывают фамильяры. В основном воскрешенные, — сообщает он, когда Хлад скрывается из виду. — Если случается ментальная привязка, то животное не только крепнет, но и возвращает свою былую магию, питаясь в первое время магией хозяина.

— Значит, Хлад мой фамильяр? — делаю вывод. — Я помню, как мама рассказывала легенды, но фамильяры не проявлялись у некромантов со времен самой Бездны.

— Все так. Думаю, дело в твоей магии. — говорит Мор, и у меня сердце застывает.

— Вы знаете, что именно с ней не так?

— С ней все так, — усмехается он. — Просто такого давно не происходило. После врат Бездны и гонений некроманты долго подавляли силу, чтобы их принимали, как людей. Но она никуда не делась. Лишь накапливалась, а когда мир изменился, и прятаться больше не было необходимости, некроманты вновь начали развивать магию родов. Сила, которая была подавлена, начала проявляться и передаваться наследникам. Ты по силе равна тем редким талантам, которые считались исключительными и почитались еще до восстания наших предков и открытия ими врат Бездны.

Ничего себе! Я бы порадовалась своей исключительности, только вот звучит все это опасно.

— Если кто-то узнает об этом, у меня будут проблемы? — догадываюсь я.

— Именно. Потому лучше это скрывать. — напоминает Мор, и понимаю почему.

Сейчас мир выглядит спокойным, но никогда не знаешь, кому в голову стрельнет бредовая мысль. История, как правило, повторяется. Злодеи, которых сокрушили, или их последователи пытаются вернуть свою силу, и я могу стать инструментом в их руках. Это имеет в виду Мор?

— В академии будь крайне осторожна. Лучше пока притворяйся, что не получается. Нельзя, чтобы это повторилось. Насчет экзаменов не волнуйся. Я прикрою.

Ну вот, опять он об этом…

— Кажется, мне вообще не следовало сюда попадать, — вздыхаю я и тут же ловлю взгляд Мора.

— Если бы я знал о твоем уровне, то не позволил бы сюда попасть, — выдает он и, кажется, говорит искренне.

Погодите, а разве не он сам доложил обо мне и организовал перевод?

— Что? — хмурится Мор, а я ловлю себя на мысли, что слишком долго на него смотрю.

— Ничего, — тут же отворачиваюсь, и из-за резкого движения, голова вновь начинает кружиться.

Мор подхватывает меня за локоть. Всего лишь за локоть, гоблины меня дери, а все внутри опять вспыхивает с такой силой, будто он заключил меня в жаркие объятия.

— Думаешь, я способствовал твоему переводу? — звучит тихий голос Мора, и я тут же оборачиваюсь.

Ох, зря. Внизу живота все сводит, ибо, обернувшись, я оказываюсь вновь слишком близко к нему. Смотрю прямо в янтарные глаза, а затем и на губы. Губы, которые я, кажется, поцеловала в самый последний момент, перед тем, как отключиться.

Волна жара проходится по телу, но я смаргиваю, чтобы хоть немного прийти в себя.