Книга Попаданка. Мама для бастарда, страница 94 – Елена Белильщикова

Откуда-то оттуда, из лесной темноты, зазвучала тихая музыка. И Камил закружился на месте в неведомом танце. Он ловко переступал босыми ногами по траве, поднимал руки, изгибался телом. Его волосы, уже распущенные, черным шелком летели по воздуху. Глаза были закрыты по-прежнему, только ресницы дрожали и дрожали, будто он видел сон. Особый сон. Колдовской.

Между полупрозрачных деревьев появились тени. Светлые силуэты, чуть светящиеся, начали стекаться к Камилу отовсюду. Он остановился, открывая глаза, жестом показывая им на Драго. Они шептали что-то. Все вместе, неразборчиво, похоже, даже на непонятном нам языке. Зато Камил все понимал, ведь кивал.

Теодор ободряюще сжал мою ладонь. Только сейчас я поняла, что напряжена, как натянутая струна. Ведь светлые силуэты обступили Драго и Камила вплотную, закружились вокруг них, будто в хороводе. Быстрее, быстрее, быстрее! В этом мельтешении я уже перестала разбирать отдельные фигуры: они слились в одно, в сплошной белый свет. А потом нас ослепила короткая вспышка. Я невольно зажмурилась, боясь открыть глаза. Увидеть, что ничего не подействовало.

— Мама! Папа!

От звонкого детского голоска я задрожала всем телом, зажимая рот ладонью, чтобы не разрыдаться. Ведь и лес, и трава исчезли, а в круге свечей Драго открыл глаза. Теодор обнял меня за плечи, и мы, услышав от Камила, что можно, бросились к сыну. Он едва успел сесть на полу, как угодил в наши объятья. Я схватила личико Драго в ладони, целуя взъерошенные кудри. А Теодор потом поднял его на руки, прижимая к самому сердцу. Подоспел и Милад, хватая Драго за руку.

— Как ты, малыш? Не болит ничего? – засуетилась я.

Драго замотал головой.

— А я уснул, мама? Я помню, как ягоды взял, и больше ничего!

— Хорошо, что ты проснулся, сынок, – снова обняла его я, прижимаясь и к Драго, и к Теодору заодно, не в силах сдержать слез счастья.

Драго осмотрел лекарь, заключив, что все в порядке. Камил сказал, что после такого ритуала и воздействия потусторонних сущностей нужен отдых. Так что Драго уложили спать. А мы собрались в кабинете у Теодора. Ведь Камил сказал, что должен сказать нечто важное.

— Это касается метки Драго, – начал он, когда закрыв тяжелую дубовую дверь.

Я и Теодор сели на диванчик. Милад оперся о массивный стол с богатой резьбой, обхватив пальцами столешницу позади себя. Камилу сесть предложили, но он отмахнулся.

— И что же метка? Мой он все-таки сын? – спросил Теодор.

Камил покачал головой.

— Нет, но магия в нем твоя, королевская. Так вышло, что в одни сутки вы с Даной… кхм, были близки. И хотя от одного мужчины, – Камил жестом указал на Теодора, – она не забеременела, но остался магический след в ее теле. Так всегда случается после ночи с сильным магом. А потом был ты, Милад. Там, на сеновале. И получился ребенок от тебя, который впитал в себя магию другого мужчины.

— Значит, Драго – сын Милада, но с королевской магией? – спросила я.

— Именно, – кивнул Камил и шагнул ближе к нам, глядя в глаза Теодору. – Что же делать теперь будешь, государь? Вижу, что веришь мне. Отречешься от сына чужого?

— Не чужой он мне. Все равно мой, – встав, Теодор решительно посмотрел в глаза Камилу. – Полюбил я этого ребенка, как своего. Так что и растить буду, как родного. Вместе с Даной.