Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 45 – Айлин Лин

Скоро мы поняли, за нами идут. Хребет наполнился шорохами, странными пощёлкиваниями, будто кто-то клацает зубами.

— Ты слышишь? – Толкнула я Кая в бок.

— Они отведали свежей крови, - рыжий обвёл взглядом скалистые склоны, - и теперь не отпустят добычу.

— Храни нас Бьорнмир, - Квир не убирал меч в ножны, топая позади.

— Не того бога ты зовёшь, - усмехнулся Кай.

— А кого надо? – Спросила я.

— Если уж руны созданы Хордином, думаю, и просить о милости нужно его.

Я сложила ладони в молитвенном жесте:

— Господи, добрый боженька, Хордин, ну, спаси ты нас, пожалуйста, тут так страшно и холодно, и людоеды кругом. Мы только быстро заглянем в пещеру с рунами, и сразу же назад. Чего тебе стоит?

Кай скривил гримасу, а потом громко расхохотался:

— Криста, я впервые слышу такую молитву, сдаётся мне, Хордин поможет, если не из жалости, то хотя бы из любопытства.

На смех обернулся Астор:

— Что вас так развеселило?

— Криста молится Хордину о помощи, - ответил Кай.

— Сомневаюсь, что боги обратят внимание на эту мёртвую землю, - проворчал позади Льотур.

— Криста, а ты вчера удивила нас всех, - вдруг сменил тему Кай.

— Сама не знаю, как у меня получилось.

— Из тебя выйдет сильный эриль, - отозвался Рагнар, прислушиваясь к нашему разговору, - в твоей власти две руны.

— Да? – Удивилась я такому открытию.

— А сама не поняла? – Усмехнулся Кай, - ты спасла Астора с помощью Альгиз, а излечила ваши раны руной Ингуз.

— Только Ингуз не руна здоровья, - возразила я.

— Хм, твои познания древних знаков радуют, но должен сказать тебе, что эта руна – символ плодородия, а также новых возможностей. В каком-то смысле, здоровье человека, можно отнести и к плодородию, понимаешь?

Я мотнула головой, осмысливая информацию.

— Ничего, - Кай приобнял меня за плечи, - ты овладеешь рунами и поймёшь, какие возможности они открывают перед тобой.

Рагнар впереди замер, и все тоже остановились.

— Слушайте, - тихо сказал великан.

Я напрягла слух и похолодела, то, что мы принимали за шорох ветра… Это был звук когтей или костей, скребущих по ледяной корке скал. Сначала слева, потом сверху, затем справа. Мужчины встали в круг, закрыв меня. Воздух разорвал короткий, лающий хохот, донёсшийся непонятно откуда. Горы искажали звуки, ломали их, изменяя до неузнаваемости. Может, нам мерещится?

— Идём, нечего медлить, - сказал Астор.

Но не прошли мы и пяти минут, как над нами стали мелькать тени: как привидения, они двигались рывками, перепрыгивая со скалы на скалу с пугающей бесшумностью, за камнями по обочинам виднелись силуэты, но мы лишь теснее прижались друг к другу. Неверный свет скрытого вечной пеленой солнца, отбрасывал длинные, ломаные очертания наших преследователей.

— Эй, смотрите! – Воскликнул Квир, тыча пальцем на верхушку одинокого валуна.

Там, в каких-то десяти шагах от нас, сидело существо. Язык не повернулся назвать его человеком. Оно было худым, просто тощим, обрывки облезлых шкур едва прикрывали нагое тело, блёкло-серая кожа покрыта въевшейся грязью. Уродливое лицо с щёлками глаз обёрнуто к нам, тонкий, длинный язык облизал губы. Существо не пыталось бежать или нападать, оно медленно подняло обглоданную кость, зажатую в руке, и не отрывая от нас взгляда, с хрустом перекусило её.

— Мерзость какая, - вырвалось у меня.