Книга Обжигающий Север. Связанные рунами, страница 44 – Айлин Лин

— Держись! – Мы с Рагнаром тянули Астора на себя, но и снаружи хватка не ослабевала, как ни старался рыжий, снова и снова полосуя туман кинжалом.

В какой-то момент я почувствовала, как рука Астора выскользает из моей, Рагнар зарычал, едва удерживая, и тут ярл закричал.

— Нога!

Моя икра взорвалась болью, потекла кровь. Испугавшись, что сейчас Астора затянут во тьму, я, плохо понимая, что делаю, выставила вперёд руку и закричала:

— Не-е-е-ет!

В пещерке вспыхнул зеленоватый свет, с пальцев сорвался сгусток, приняв очертания руны Альгиз, и ударил во тьму. Раздался страшный визг десятка глоток, вой и неразборчивая брань, а затем спешные шаги. Кто-то убегал от пещеры.

Астор заполз внутрь, с правой ноги текла кровь, я осмотрела рану:

— Это укус! И не один.

Моя икра выглядела не лучше, заскулив от боли, прикрыла ладонью рану, и свет снова замерцал, полившись с пальцев. Сильно защипало место укуса, кожа стала стягиваться на глазах, кровь унялась. Опешив, отдёрнула руку, Кай, подоспевший с водой, полил на уже заживающую рану и широко улыбнулся:

— Говорил, девчонка сама не знает что может!

Астор сидел рядом, осматривая место укуса, который тоже закрылся. Перед моими глазами заплясали мушки, не хватало воздуха, несмотря на ветер, ворвавшийся в пещерку, я, в каком-то дурмане, перевела взгляд с раны ярла на Кая, и тут мозг решил, что на сегодня испытаний достаточно.

* * *

Холод разбудил меня, ледяной ветер заползал за шиворот, под кромку плаща, пробирался под платье. Я открыла глаза и огляделась, пещерку освещали робкие утренние сумерки, пятеро мужчин, под плащами не разобрать кто, спали, четверо сидели спиной ко мне, лицом к входу, тихо переговариваясь. Услышав шорох, они обернулись. Астор, сидевший с краю, поспешил ко мне.

— Криста? Как ты?

— Не знаю, кажется, я вся промёрзла, - медленно встала, ноги болели от холода, каждый шаг отзывался тянущей ломотой.

— Мы не стали будить тебя, - Астор накинул сверху моего плаща одеяло, лежавшее подо мной, пристально глядя на меня. Его усы и борода покрылись инеем, изо рта вырывался пар, голубые глаза в преддверии рассвета казались тёмно-синими. – Ты в порядке? Сможешь идти?

— Куда я денусь? – Улыбнулась в ответ.

Зашевелились остальные и Астор отошёл к Сорену, а я вышла наружу, прыгая, как сумасшедший заяц, стараясь разогнать стылую кровь по венам. Мужчины, один за одним, покидали наше убежище.

— Куда дальше? – Спросил Сорен у ярла.

— Наверх, - мрачно ответил Астор, дороги не знал никто, тропа, описанная в древних легендах, могла измениться, скрыться под обвалом, и всё, что нам оставалось, надеяться на милость богов.

Отыскали тропку, ведущую вверх по склону, и снова начался наш путь. Серая хмарь посветлела, что означало – настал рассвет. Перед нами зазубренной стеной возвышался Костяной хребет – исполинский скелет из обледенелого гранита, вонзивший свои клыки в небо. Как здесь могла существовать жизнь? Скалы, не знающие солнца, глубокие трещины и лёд, который отливал трупной синевой.

Мы взбирались с кручи на кручу, воздух стал сухим и настолько холодным, что каждый вдох обжигал лёгкие, будто изнутри скребли наждаком. Но не это было страшно. Ветер, гуляющий между скал, порой доносил до нас странные запахи: не свежесть гор, а тяжёлый, сладковатый дух гниения и старого костра. Иногда под ногами хрустели давно обглоданные кости. Человеческие. Только они уже не пугали. Мозг точно цепенел, сдерживая новую порцию страха.