Книга Призрачная невеста, страница 241 – Шелби Махёрин

Моя сестра резко повернулась к нам.

— Как ты меня назвал?

Дмитрий посмотрел на нее из-под полуопущенных ресниц и оперся руками о стол.

— А ты не слышала, что ли?

— Видимо, нет, – процедила она сквозь зубы, – потому что меня зовут Филиппа, а для тебя я мадемуазель Трамбле.

— Хм-м. Мне больше Пиппа нравится.

Наша матушка ошеломленно на него посмотрела.

— Месье Петров, я шокирована вашим неприличным поведением…

— Так-то она ему нож в сердце всадила, – заметила Брижит.

Когда мы все уставились на нее, она с вызывающим видом пожала плечами. Ее щеки порозовели, а Лу вскинула палец.

— Вообще-то, охотница права.

Дмитрий опустил подбородок.

— Благодарю.

— А если серьезно, – произнесла Лу, – то моей магии намного лучше. Она снова стала единой, а значит, равновесие в природе восстановилось. – Она похлопала по спине Дмитрия, а потом и Рида. – Молодцы. Все действовали сообща. Особенно мне понравился мой вклад, когда я лежала на земле.

Филиппа и Дмитрий фыркнули.

Закатив глаза, Михал провел носом по изгибу моей шеи и поцеловал. Воцарилась тишина, но больше в ней не было напряжения и ужаса. Она была… приятной и безопасной. Я поиграла с пальцами Михала, наслаждаясь их теплотой. Он оказался гораздо горячее, чем я ожидала, и я удобнее устроилась на его коленях.

— Что теперь будем делать? – спросила я, немного помолчав.

Мы все посмотрели друг на друга, но ни у кого не нашлось ответа… только у Михала, который рассеянно наматывал прядь моих волос на палец.

— Все, что захотим, лапочка. Можем делать все, что душе угодно.

Как оказалось, Одиссу мало заботило выдворение Михала с Реквиема – возможно, потому что она сообщила жителям, что в одиночку расправилась с ожившими мертвецами, исцелила остров и спасла всем жизни. Или, может, потому что Лу приклеила усы Михалу, и они решили, что это вполне удачная маскировка.

А возможно, потому что в груди у Михала ровно билось сердце, и вампиры, собравшиеся на причале посмотреть на наше отплытие, выглядели скорее озадаченными, нежели разгневанными. Настороженно они наблюдали за нами из теней, пока наша странная свита, включая Жан-Люка и Брижит, выходила из кареты. Нас окружили стражи Одиссы, чтобы защитить и отнести вещи на корабль. Они молча погружали дорожные сундуки и даже принесли огромный портрет Милы, который взял с собой Дмитрий.

— Кажется, от усов никакого толку, – шепнула я Одиссе.

Она проследила за моим взглядом и посмотрела на Леандра и Виолетту, которые, прищурившись, следили за Михалом и мной. Мне стало неспокойно, но Одисса лишь усмехнулась и велела им подойти ближе.

— Постой, – прошипела я. – Не нужно…

— Леандр, Виолетта. – Одисса указала на Михала, прервавшего разговор с Дмитрием. – Познакомьтесь с моим троюродным кузеном Пантелеймоном. Он поразительно похож на нашего почившего короля, правда?

Она посмотрела им прямо в глаза, будто говоря: ну же, только попробуйте что-то возразить. Тихо вдохнув, они поморщились от нашего человеческого запаха и нахмурились.

— Поприветствуйте его, – любезным тоном добавила Одисса.

Михал посмотрел на них с холодным безразличием, а они уставились на Одиссу изумленно и растерянно.

— Моя королева? – медленно спросил Леандр.

— Да, – подчеркнуто сказала она, не переставая улыбаться, – твоя королева велела тебе поприветствовать его, и ей не нравится ждать. Поклонись.