Книга Чудовище Невы, страница 47 – Ирина Ширяева

— Это вряд ли, – отмахнулся Стива от подначки. – Я написал, что ей необходимо повторить всё, что она сказала мне на балу, но более подробно. Для этого попросил выйти после отбоя из института по тайному ходу смолянок. Подруга Лизы должна ведь о нём знать… Извинился, конечно, что вынужден прибегать к таким некорректным способам расследования. Но это в её же интересах. Иначе придётся повторять допрос в присутствии классной дамы. И раскрывать то, о чём Петрова говорить не хочет…

— Похоже на шантаж, – ехидно заметил Митя.

— Но это правда! – возразил Стива.

— Хорошо, я понял, – вернулся Митя к началу разговора. – Говори, где встречаемся и когда?

* * *

Митя и Стива стояли у неприметной калитки в ограде Смольного института, надёжно закрытой от прохожих пышной листвой деревьев и кустов.

Назначенный час минул, а девушка всё не шла. Короткие в период белых ночей сумерки сгущались.

Стива морщился от досады и ломал попавший в ладони прутик.

— Да придёт она, придёт! После такого-то взгляда на балу – ни одна барышня не устоит! – не уставал поддразнивать друга Митя.

— Так я ж для дела, – вяло оправдывался тот. – Иначе бы мы…

В эту минуту со стороны здания института послышался шорох, и парни насторожились.

За оградой мелькнул силуэт, калитка отворилась, и из неё выскользнула Петрова.

Увидев Стиву, скользкая барышня и правда обрадовалась. Вспыхнула и засияла праздничной улыбкой.

Но тут же разглядела, что кавалер, назначивший ей свидание, явился не один, и заметно потускнела.

— Добрый вечер… хотя, скорее, ночь, – расшаркался перед девушкой Стива. – Благодарю, что откликнулись на мою просьбу.

— Но это же так важно… Как я могла не прийти? – потупилась Петрова.

«Жизненно важно это было три дня назад, когда Лиза пропала, – с неприязнью, почти с ненавистью подумал Митя. – А не сейчас, когда ты прибежала на свидание к кавалергарду!»

Он едва сдерживался, чтобы не высказать всё это вслух. Но зачем же с самого начала портить важное следственное мероприятие.

— На ходу разговаривать не очень удобно, – сказал Стива. – Предлагаю пойти в какое-нибудь круглосуточное кафе на Невском.

Митя и Петрова согласно кивнули.

На метро от станции «Смольный институт» до станции «Невский проспект» всего одна остановка. Доехали быстро и молча.

Ночная жизнь на главной магистрали столицы только начиналась. По тротуарам энергично шагали всё более густеющие толпы петербуржцев и гостей города. Играли и пели уличные музыканты. Сияли рекламы магазинов и кафе. Струился насквозь прогретый за день воздух. По узким водным артериям, пересекавшим проспект, скользили нагруженные под завязку туристами речные трамвайчики.

Кстати, толпа, запрудившая тротуары Невского, выглядела очень разнообразно.

Это был период расцвета концептуальной моды. Она цвела настолько буйно, что для подростка или юноши уже становилось даже как-то неприлично не влиться в какое-нибудь её особо разухабистое течение. Лайт-пролетарии, мусорные готы, пофигисты, ай-люлистки, пожиратели солнечной энергии, радикальные киндер-сюрпризы…

А если ничего из этого тебя не вдохновляет, завернись хотя бы в плюшевую прабабушкину скатерть и объяви себя каким-нибудь там… Пуфиком гениальным, что ли. Так тоже можно.

В этой карнавальной вычурности на Петрову в форме смолянки, разгуливающую посреди ночи, никто не обращал особого внимания.