Книга Чудовище Невы, страница 102 – Ирина Ширяева

Что неудивительно. Ведь в госпитале Службы НН в основном ставили на ноги после тяжёлых и даже абсолютно безнадёжных для обычного врача ранений. Так что Митино лёгкое сотрясение было для юного медицинского гения Игоря Валентиновича так, мелочью, не стоящей его в буквальном смысле драгоценного времени.

Но что со Стивой?

— Скажите, а Стива… Степан Оболонский, он здесь, в госпитале? – с надеждой спросил Митя у барышни, которая оформляла ему справку и пропуск.

— Оболонский… – повторила та, припоминая. – А! Так его выписали. Ещё вчера.

— Что?! Вы ничего не путаете?!

— Не путаю, – подтвердила барышня, с удивлением глядя на Митю. – Доктор сказал: ничего страшного. Может дома лечиться.

Митя вспомнил истекающего кровью льва. И это у них нынче называется «ничего страшного»?! Нет, ерунда какая-то получается!

* * *

Выйдя из госпиталя и направляясь к метро, Митя сразу позвонил Стиве.

— Ты жив?! – заорал он в трубку, как только прошёл вызов. – Ты правда дома?!

— Жив! – ответил Стива. Голос звучал вполне бодро. Кажется, друг даже пытался улыбаться. – И правда дома.

Уф! Ну ладно, главное, что жив. А там разберёмся во всех этих чудесах, которых и так кругом немеряно.

— Тогда я сразу к тебе! – заторопился Митя. – Меня только сейчас выписали.

— Отлично! – обрадовался Стива. – Давай, жду!

— Расскажи про эту заваруху с грифонами, пока я к метро иду, – нетерпеливо потребовал Митя. – Я же сознание потерял в самом начале. Ничего толком и не видел.

— Так и рассказывать особо нечего. Всё кончилось очень быстро, – Стива явно не был намерен вдаваться в пафос. – Ну, когда меня начали раздирать два грифона, я думал, всё – конец. Но они почему-то вдруг ни с того ни с сего потеряли интерес к моему полутрупу и улетели как ни в чём не бывало. Я остался лежать в луже крови… И обнаружил, что дела мои плохи. Нетрудно было понять, что у меня перебита артерия. Так что смерть от потери крови должна была уже наступить, и даже странно, что она где-то задерживается… Туся безутешно рыдала надо мной. Я даже успел подумать: красиво, конечно, умереть на глазах у барышни в образе льва. Но хочется, чтобы тебя всё-таки запомнили человеком… И остаток сил я потратил на развоплощение. Последнее, что успел заметить, – туман начал рассеиваться…

— Туман рассеялся и Туся вызвала скорую НН? – догадался Митя.

— Да! Нас с тобой увезли в госпиталь. Меня там быстро привели в чувство, но врач был в полном недоумении. Откуда, говорит, столько крови, причём вашей? Да, есть множественные гематомы – но и только. Ни переломов, ни разрывов тканей, ни тем более повреждения кровеносных сосудов… Короче, сказал, что не может меня в госпитале держать, у них тяжёлые. Оказали первую помощь, дали лекарства и отправили домой долечиваться!

— Да, странно… – сказал Митя. – Я же видел, как из тебя кровища хлестала! – и добавил успокоительно: – Но главное, всё хорошо!

— Ну, вообще-то ничего хорошего не происходит, – посуровел Стива. – Новости смотрел?

— Нет ещё.

— Свечение над туманной глыбой Литейного моста продолжает усиливаться. Похоже, Атакан уже начал активизироваться не по дням, а по часам!

— И это плохо! – невольно вырвалось у Мити.

— Это очень плохо! – уточнил Стива. – Петербург гудит о проклятии Атакана, которое вот-вот обрушится на город. У нас в Службе аврал. Но проблема в том, что никто толком не знает, какие меры следует заранее предпринимать. На всякий случай просто эвакуируют жителей с набережных и прилегающих к ним территорий, – и добавил обиженно: – Я пытался втолковать своему начальству про Башню грифонов и философское яйцо! Но надо мной только посмеялись. Это у тебя, мол, бред ещё не прошёл. Долечивайся, без тебя разберёмся!