Книга Личная юрэй первого принца. Том 2, страница 42 – Селина Катрин

Итак, как понять, почему я свечусь? Как провести тест?

Я обдумывала эту мысль несколько дней и так, и эдак и в итоге не нашла ничего лучше, чем забраться в полутёмный чулан хозяйственного крыла, забиться между мешками с рисом и сосредоточиться.

— Мне нужен свет! Очень нужен.

Ничего. Ноль. Только в нос лез запах сухой крупы. Эх…

Может, дело в том, что мне действительно нужно было освещение? На глубине под водой я ничего не увидела бы, да и в сундуке Харуки тоже. Немного полетав по дворцу, я решила поставить следующий эксперимент: дождалась, когда в комнате для занятий с леди Юрико стемнеет, и пробралась внутрь. Сегодня сенсей Тадаси дал множество очень похожих иероглифов, и от скуки я едва не вывихнула себе челюсть (образно говоря — ну какой вывих челюсти у духа?).

Я подлетела поближе к бамбуковой доске, через которую был переброшен длинный свиток, и принялась рассматривать знаки.

— Мне очень нужно повторить, вдруг завтра забуду, — бормотала себе под нос, изо всех стараясь увидеть хоть что-то.

Но увы, чёрные закорючки расплывались, смешиваясь с мраком комнаты. Кожа на руках даже едва-едва не посветлела.

Да что ж такое-то? Как же добиться нормального свечения⁈ О! А что, если нахитрить и зажечь на своей ладони, скажем, мини-костёр?

Я прикрыла глаза, сосредоточилась на трансформации тела, как всегда в первую очередь жертвуя волосами, и… Ну, огненный всполох мне удалось создать. Он даже получился насыщенно-оранжевым (время-то с принцем я провожу, пусть и через ширму, а тело от пребывания рядом с ним у меня заряжается, как батарейка). Вот только он совсем не давал света. Черт-те что такое!

«Юлька, ну ты как лампочка с плохим контактом», — пробормотала я и полетела дальше экспериментировать.

Один раз я засветилась, когда попала в музейный зал. Но там по центру установили вазу выше меня ростом! Как только её в этом мире без станков и технологий отлили такую⁈

В какой-то момент, так ничего и не поняв с собственной формой существования, я плюнула на всё и устроила себе пешую прогулку по морскому дну. Для меня это было уже обыденным делом. Что ни говори, а свои неповторимые плюсы в том, чтобы быть юрэй, я твёрдо вознамерилась использовать на полную катушку. В частности, с комфортом и абсолютно безопасно изучать огромный подводный мир, который в моей прошлой жизни был доступен разве что через стекло аквариума или в качестве фоновой заставки на рабочий стол.

Пообещав Мандарину, что я непременно вернусь и расскажу, где водится самая крупная рыба, я ступила на песок, лежавший крупными белыми завитками. Пляжи что у Центрального острова, что у острова Рыбьих Слёз оказались очень крутыми и резво забирали под воду. Это мне очень нравилось, так как не приходилось долго шагать в надежде увидеть дно. Остров за два месяца я уже изучила вдоль и поперёк, летая туда-сюда, а потому моей новой навязчивой идеей стало исследовать ближайшую подводную территорию.

Пёстрая стайка серебристых рыбёшек неспешно проплыла мимо, обогнув меня по дуге. Мелкая зеленоватая медуза неторопливо двигалась куда-то по своим важным медузьим делам. Я лениво заглядывала в попадавшиеся раковины, фыркала на крабов, которые шарахались от моего призрачного тела, и в какой-то момент сама не заметила, как набрела на коралловый риф.