Книга В объятиях медведя, страница 51 – Мария Лунёва

Он словно сам себя убеждал в этом.

— Я верю, - подняв руку, погладила мужчину по щеке.

Его лицо смягчилось. Появилась скупая улыбка. Склонившись, он легонько, будто щадя, поцеловал меня в губы.

— Я люблю тебя, моя перчинка.

— И я тебя, мой большой и грозный медведь.

Постепенно я успокаивалась.

Выпив кружку горького травяного отвара, закрыла глаза и улыбнулась.

У меня появилась надежда на светлое будущее, в котором я видела себя хозяйкой светлого крепкого большого дома. Любимой женой и матерью.

Чихнув, я почувствовала, как в мой лоб уткнулся носиком котёнок.

— Вот видишь, малыш, всё, как я и обещала. Мой медведь самый сильный и никогда не даст нас в обиду.

Котёнок мяукнул, словно соглашаясь со мной. А потом свернулся клубочком и уснул рядом, мурлыча и подергивая усиками.

Закутавшись в одеяло, я наблюдала, как хлопотал по хозяйству Бьерн. Он как заведённый носился по хижине с дровами, чугунками, сушеным мхом и хворостом.

Бросив на меня очередной взгляд, мужчина тепло улыбнулся.

— Нам с тобой повезло, перчинка, похоже, Боги лесные решили нам помочь.

— Ты о чём? - болезненно прохрипела и зашлась кашлем. Казалось, я просто внутренности свои извергну.

— Я всё же нашёл в сарае мешочки с травой. Это действительно хижина целителя. Он ушёл, но кое-что оставил, видимо, для таких вот случаев, как у нас с тобой. Так что всё у нас прекрасно.

— Почему он ушёл? - шепнула осипши.

— Целители нашего рода — кочевники: они постоянно странствуют, собирая травы, высушивая их, часть продают по селеньям, что-то оставляют по хижинам.

Лес огласил громкий охотничий горн. Испугавшись, замерла и прикрыла ладонью рот, пытаясь сдержать крик страха.

— Это лесные, Марья,  - на губах медведя расползлась злая усмешка, - никому не позволено заходить на наши территории и творить здесь то, что они учинили. Нашего с тобой недруга я убил, но остались его люди: вот на них сейчас и откроют охоту. Они убили волка. Пусть он был изгоем и отшельником. Но всё же он один из нас - лесной, и за его смерть ещё долго будут платить кровавую дань.

— Но простой люд... - простонала я.

— Нет, простые человечки, что ходят к нам за хворостом да ягодой лесной, нас не заботят. Охотники - они главная цель.

— А если мужик какой, для семьи, - я громко закашлялась. На глазах выступили слёзы. Бьерн подошёл ко мне и помог удобно улечься. Пригладив растрёпанные волосы, поцеловал в лоб.

— Что же мы, Марья, мужика простого, что за кроликом пришел, не отличим от того, кому шкуру медведя, волка или рыси подавай.

Мяукнув, проснулся котенок, и смело забрался, цепляясь когтями, на штаны Бьерна.

— За его мамку кто отвечать будет? - зло рыкнул мужчина. - Чем кошка лесная помешала. В глазах лесных - это убийство. Не для еды, а потехи ради. И за это ответят.

— Но как они узнали? - мой голос стал еле слышим. Протянув руку, я пригладила за ушками котёнка.

— Тот перевертыш, что приходил перед метелью, думаю, он донёс в ближайшее селение, что в лесу чужаки бесчинствуют.

Поправив на мне одеяло, Бьерн отошёл и снова занялся своими делами. Котёнок так и остался забавно висеть не его штанине. Казалось, медведь его не замечает. Но в какой-то момент он всё-таки отодрал малыша и поставил на пол рядом с тушей зайца, непонятно когда добытой.