Книга В объятиях медведя, страница 47 – Мария Лунёва

Кто-то схватил меня сзади за плечи и грубо откинул в сторону.

Градом посыпались удары. Охотники жалости не проявляли - они пинали моё тело. А душа и без того медленно умирала.

Не будет у меня счастья.

Не будет дома и тёплой постели.

Не пригодятся мне перешитые моим медведем штаны.

Ничего уже не будет: ни ласк его, ни поцелуев. Никогда он не назовёт меня больше своей.

Не выдержав, я закричала, выплёскивая всю свою душевную боль в один этот крик.

— Заткнись! - в рот мне вставили кляп.

Глава 13.2

Снова перекинув меня через седло, охотники устремились вглубь леса. Мы проехали каких-то пару минут и оказались на широкой поляне. Всё это время мои палачи были так близко от нашей хижины. Посредине охотничьей стоянки горел высокий костёр, а рядом с ним…

Я отвернулась, не желая смотреть.

Но мой взгляд всё равно вернулся к окровавленному пню, рядом с которым лежала гора костей. Я сглотнула подкативший к горлу ком. Не хочу знать, кого там разделывали.

Не желаю это видеть.

— Нашли! - этот крик, полный торжества, разлетелся по округе.

Меня бесцеремонно скинули с лошади. Упав на свежий чистый снег, я с удивлением обнаружила, как он стремительно краснеет под моей щекой. Но думать, откуда кровь, мне не хотелось.

Закрыть бы глаза и не открывать их больше никогда. Я ведь всего-то отошла за пару шагов от дома. Всего-то хотела в порядок себя и свою одежду привести.

Кто-то потянул меня за ворот куртки и поставил на колени.

— Ну, здравствуй, маленькая тварь, - этот голос я бы узнала из тысячи. Слишком низкий и противный. - Я по тебе уже соскучиться успел. Ты мне так много задолжала, что я даже не знаю с чего начать. Порезать тебя на кусочки или псам своим на потеху отдать.

— Нам, Легой, отдай, а что останется - прикопаем.

На поляне присутствовало ещё несколько мужчин, я толком не видела их. От ударов по лицу у меня отекли веки. Я представляла, на что сейчас похожа, но это уже неважно.

Скоро меня не станет.

Дождаться бы.

— Нет, это слишком просто, - в голосе Легоя сочился яд. - Разденьте её.

Дважды мужикам говорить не нужно было: подлетев ко мне, они повалили на землю, и принялись тянуть с меня куртку и рубаху Бьерна. Спустя пару мгновений я лежала скорчившись от холода на снегу абсолютно обнаженная.

— Ты смотри, а у неё кровь на ляжках. Этот перевертыш сорвал-таки перед смертью вишенку, - смех охотника разнёсся по поляне. - Ну, раз его выдержала, то и нас через себя пропустишь.

— Нет, - подошедший Легой пнул мои бёдра носком сапога, - к дереву её привяжите и водой ледяной облейте.

— Так сдохнет же от холода!

— Нет, мы ей не дадим, - барин захохотал странным нездоровым смехом.

Меня подняли под руки и подтащили к ближайшему дереву. Завязав на запястьях верёвку, перекинули её через толстую ветку и оставили висеть в паре сантиметров над землёй. В руки больно врезалась бечёвка. Я пыталась встать на цыпочки, но не доставала.

Откуда-то сбоку на меня хлынул поток ледяной воды. Словно тысячи иголок в моё тело впился холод, кусая и обжигая.

Закричав, я распахнула как могла затёкшие глаза. Передо мной, ухмыляясь, стоял Легой. Его щека была перевязана, но даже через чистые повязки было заметно, что рана гноится.

— Так тебе и надо! - тихо, одними губами шепнула я и невольно опустила взгляд на его штаны.